— Тут рядом суши… Я там ел, вкусно капец, — тупо произнес Глеб, разглядывая просвечивающую пижаму Алины.
— Цветы прекрасны, — улыбнулась Алина, принимая их. — А ваза есть?
— Обижаешь.
Смущенно она ушла на кухню, нашла вазу и набрала воду. Глеб пока разувался и начал обустраивать их маленький ужин.
Значит, он тоже понял – этот день важен.
Алина поставила вазу рядом с телевизором. Глеб достал два бокала, легко открыл вино – сухое красное. Алина попробовала его в Новый год, который они праздновали вместе и не ожидала, что ей так понравится напиток, что раньше казался кислым и дрянным. Глеб красиво разлил красную жидкость по бокалам. Алина постелила на матрас пакет, а на него выставила коробки с суши из пакета.
— В Звездном они были ужасны, — поморщилась она, вспоминая.
— О, не напоминай. Но эти – восторг. Ты должна попробовать.
Через прозрачную упаковку было видно, что это совсем другой уровень. В животе заурчало – Алина ела последний раз доширак в поезде…
Но если она сейчас объесться…
— Начнем с вина? — побыстрее предложила.
— Как скажешь. Но секунду…
Глеб щелкнул что-то на телевизоре и включилась музыка с его телефона. Легкая, приятная, чуть джазовая. От звездного неба ночника розового цвета комната погрузилась в интимный полумрак.
Глеб, такой растрепанный и домашний, поднял бокал.
— За нас! — объявил он.
— За нас, — поддержала Алина.
Они сделали глоток. Алина прикрыла глаза, чувствуя, как легче становится голова.
— А особенно за тебя. Не представляю, как ты устал… — начала она.
— Пустяки, — отмахнулся Глеб. — Вот увидишь, через пару месяцев снимем что-нибудь получше… Я найду работу, ты попадешь в клуб – все получится.
— Конечно. Как иначе, — хмыкнула Алина, делая еще глоток, более сильный.
— Эй, не налегай так… — заволновался Глеб.
— Все хорошо, — остановила та его.
Алина осушила бокал и отставила в сторону. Глеб испуганно попятился к краю матраса, а Алина на него.
— Что не так? — спросила она.
— Ты… ты уверена?
Сразу понял, что она хочет.
Алина облизнула губы, слизывая остатки вина. Глеб тяжело задышал, наблюдая.
— Ты против? — игриво спрашивает она.
Ей давно хотелось сорваться и дать ему волю. Но хотелось, чтобы было идеально – и её тело и атмосфера. Да, квартира не восторг, но сейчас Алина не видела дальше матраса. И надвигалась к Глебу, как пантера.
— Говорю сразу – если начнем, я не остановлюсь. — предупреждает Глеб.
— Может, это ты меня захочешь остановить, — смело говорит Алина, хотя клубок волнения нарастает в груди. Хорошо, что она выпила вина!
— Ни за что, — усмехается, оголяя ровные белые зубы.