Аля немного колебалась, но протянула руку. Глеб перехватил её, вкладывая сигарету. От его прикосновений по спине побежали мурашки.
— Не сильно затягивайся, — советует. — И не задерживай долго, сразу выдыхай.
Алина коснулась губами сигареты, сухой и дурнопахнующей, и сделала затяжку. Вспомнила, как это делает отец – он скуривал пачку за день, как малышня лопала конфеты.
Но у нее, конечно, не вышло. Даже выдохнуть – она сразу подавилась. Громко закашлялась, глаза заслезились, а рядом Глеб начал смеяться во всю.
— Говорю же – выдыхай! — смеется и забирает сигарету.
Он подал газировку, глоток которой спас. Алина все еще чувствовала, как табак дерет горло и с отвращением сказала:
— Мерзость какая.
— В первый раз всегда так, — хмыкнул Глеб, легко закуривая.
Он все еще улыбался – так тепло и красиво, что Алина почувствовала себя идиоткой.
Она готова была скурить еще сигарету и снова подавиться, лишь бы эта улыбка не исчезала.
С ней точно что-то происходило. Алина не знала, как объяснить свои чувства и эмоции по отношению к этому парню. Слишком в новинку. Она плыла по течению, стараясь не бояться наткнуться на скалы.
Ведь на удивление, хоть ей и было неловко, уходить совершенно не хотелось.
ГЛАВА 15.3 АЛИНА
Глеб был честен, извинился за вчерашний случай. Он подглядывал за ней, но Алина не лучше. Она не собиралась извиняться за то, что пялилась на его тренировку, ведь не пойман не вор.
Но было другое, о чем она хотела поговорить, хоть и чувствовала, что не стоит.
Но когда они будут наедине? И в такой расслабляющие атмосфере, располагающей к разговорам?
— Я тоже хочу извинится. Я посмотрела видео с твоим отцом… — заговорила она. Румянец уже сошел, а газировка почти кончилась.
— О, — если Глеб и удивился, это можно было определить по вздернутой брови. В остальном его лицо осталось равнодушным.
— Вы с ним очень похожи, — продолжила Алина. — Талантом ты пошел в него…
— Нет, — резко одернул Глеб. — У меня талант, а у него… многие годы тренировок. Он не побеждал ни разу, пока ему не исполнилось тридцать. Он был в низшей лиге пол своей жизни.
Алина не смогла скрыть шока – по статьям казалось, будто Сергей Рохман самородок, ведь бежал он так легко, как дышал. Но выходит…
— Он шел к этому всю свою жизнь. К золоту на Олимпиаде, — пояснил Глеб. Он курил и смотрел перед собой.
— И он добился этого. Это потрясающе, разве нет?
— Потом он решился побить очередной рекорд, — Глеб словно ничего не слышал и говорил сам с собой. — И так запахался, что получил травму. Бегать он больше не мог. Только пить, бить маму и меня.