А потом карандаш все-таки коснулся листа.
Глава 23
Карандаш давно скреб по бумаге. На пальцах и моих, и Люциуна теперь красовались серо-синие следы, появляющиеся, если случайно раскрошить грифель слишком сильным нажимом.
За окнами уже занималось раннее утро. Циншуй медленно просыпался — где-то далеко гремела колесами телега, лаяла собака. С соседней улицы донесся пьяный смех, потом кто-то нетрезвым голосом затянул разудалую кабацкую песенку, а следом чей-то раздраженный и сонный голос потребовал заткнуться и дать приличным людям поспать. Благо, здесь, на втором этаже административного здания филиала, звуки города были приглушены и не слишком нас отвлекали.
Мы просидели над бумагами всю ночь. Люциун вспоминал и рассказывал все, что удавалось вспомнить. Иногда сбивался, иногда возвращался на несколько лет назад, пытаясь вспомнить имя посредника, поставщика, чиновника. На столе уже лежали три исписанных листа. Имена, места и контакты, примечания, суммы, даты. Навык анализа работал вовсю, объединяя новую информацию со вчерашней, скрепляя отдельные куски информации между собой. Имя торговца из Фейляня, который внезапно поднял цену на редкий корень ровно после того, как филиал заключил крупный контракт. Имя чиновника из городской канцелярии, устроившего на территории складов проверку, после которой прочие ингредиенты оказались быстро попорчены. Имя мастера, ушедшего из филиала после «случайной» драки у его дома. Даже лекаря, который слишком быстро оказался рядом с покалеченным подмастерьем и слишком настойчиво советовал семье не поднимать шума, записали. Картина вырисовывалась неприглядная. Не добавляло радости, что и центральной фигуры, которая и затеяла этот по-черепашьи неспешный рейдерский захват, видно не было.
Люциун сидел напротив, обхватив ладонями кружку с обычной водой.
— Вот с этим я не уверен, — сказал он, ткнув пальцем в одно из имен на листе. — Травник Сян мог работать на них, а мог просто подстраховываться и отказаться с нами работать из-за портящейся репутации филиала.
— То есть в список подозреваемых его включим, но к основным фигурам пока не относим, — пробормотал я, проводя стрелку к другому имени. — А вот этот поставщик трижды задерживал нам поставки спиртовой основы под разными предлогами. Уж его имя слишком часто всплывает. С ним обязательно поговорим… Кстати, когда к тебе в последний раз обращались напрямую?
Люциун несколько секунд помолчал, потом отставил кружку:
— Если честно, не так давно, меньше двух недель назад. Пришел тот самый человек, которого я раньше видел всего дважды, но каждый раз после его визитов происходило что-то неприятное. Он был предельно учтив и начал с комплимента: сказал, что его господин восхищен тем, как я сумел обвести их вокруг пальца с помощью двойной работы и «Серого аиста». Потом добавил, что смелость моя впечатляет почти так же сильно, как глупость. Сказал, что за последние пять лет его покровителю надоел «почти умирающий, но из последних сил выкарабкивающийся» филиал, и что если в течение месяца я не придумаю убедительной причины остановить всю работу, то филиал сгорит. Или вдруг всех работников ночью хватит удар, и работать здесь больше будет некому. Говорил он спокойно, без угроз в голосе, но именно поэтому я ему и поверил.