Лицо целителя выглядело измождённым, осунувшимся. Глаза красные, с тёмными кругами вокруг.

Он посмотрел на монету, но этот золотой не вызывал в нём радости или алчности, скорее страх и неприятие.

— Опять вы, — выдохнул он, а потом вдруг взорвался. — Сколько же можно⁈ Если бы я знал, что вы меня будете допекать, никогда бы не согласился! Никогда! Я не могу работать без конца и отвлекаться на ваши привилегированные души! Я такой же живой человек!

Он вдруг заметался по комнате — опрокинул полку со склянками, заорал что-то бессвязное. Не меньше минуты я стоял с монетой в руке и ждал, пока его истерика утихнет. Наконец, целитель остановился и зло уставился на меня.

— Скольких из вас коснулось проклятье?

Проклятье? Я думал, пепельная лихорадка — это болезнь. И травник говорил так же.

— У меня всего один человек. Женщина.

— Так надо было сразу говорить! Я думал, мне придется выхаживать целую свору. Заводи, сейчас ею и займемся.

— Она лежит дома. Мама слаба, и я подумал, что будет глупо нести ее сюда.

— И ты поступил правильно, — мрачно заметил целитель. Мужчина подошел к пациенту, лежащему на койке, похлопал его по обнаженному пузу. — Подъем! В следующий раз придешь, долечим тебя, а пока — за дверь.

Целитель подхватил висящую на крюке сумку, забросил туда пару стеклянных банок с уцелевшей полки.

— Давай, парень, показывай дорогу. Если твоя мать настолько ослабла, что не может встать с постели, нам нужно поторопиться.

Когда мы вышли, толпа расступилась перед целителем. Кто-то кланялся ему, но слышались и отчаянные крики.

— Куда вы уходите⁈ Вы нам должны помочь! У нас есть деньги, слышите?

— Что этот пацан задумал? Куда вы?

— Господин, помогите! Умоляю вас!

Целитель не оправдывался и не успокаивал людей, он просто шёл через толпу. Я же ловил десятки взглядов — злых, ненавидящих. Когда мы уже отошли на приличное расстояние, со стороны толпы прямо мне в спину прилетел камень. Лопатку больно обожгло. Я обернулся, но не для того, чтобы выискивать виновника: меня больше беспокоило, что часть толпы потянется вслед за нами, однако все остались на своих местах.

— Не переживай. Они боятся потерять своё место в очереди, никто и с места не двинется, — хрипло сказал целитель. — Некоторые с того самого вечера стоят.

Я кивнул. Одно меня беспокоило — купец и его охранник тоже куда-то направились. Но думать еще и над этой проблемой не было времени.

На лицо упала первая капля — холодная и крупная. За ней последовала ещё одна, потом ещё. Дождь начинал накрапывать — редкие, но тяжёлые капли ударяли по крышам и мостовым с глухим звуком. Внизу люди ежились от холода и торопливо натягивали капюшоны или прикрывались руками, ускоряя шаги в поисках укрытия.