— Как его в чувство привести? — не унимался Рябенко. — Ему выступать нужно перед рабочими.

— Я попытаюсь, но не гарантирую, — Косарев покинул кабинет, вернувшись в спальню к Леониду Ильичу.

— Надо кардинально решать проблему, — сказал я, обратившись к генералу, — полумеры с Коровяковой не проходят. Почему её нельзя просто уволить? Она же буквально травит Генсека. И ведь наверняка не сама до этого додумалась.

— Ты её недооцениваешь, — Рябенко усмехнулся. — Она женщина умная, образованная в определенном смысле. И с интеллектом у неё всё в порядке. А уволить её не разрешает сам Леонид Ильич. Такую над ним власть взяла, просто удивляюсь.

— Значит, надо сделать так, чтобы она сама уволилась. Причём, стоит воспользоваться её же методами, — я вспомнил, как она шантажом держала бедную Алевтину.

К нам снова вернулся Косарев.

— Я сделал все, что мог, пусть другие сделают лучше, — пробормотал он, недовольно качая головой.

— Не до шуток сейчас, — поморщился Рябенко, — и не до цитат сомнительного происхождения. Он в состоянии выехать?

— Да, сейчас придёт в себя. Но не забывайте, что это не надолго.

— Ясно, — Рябенко повернулся ко мне. — Проинструктируй охрану, чтобы близко не подпускали журналистов.

Я собрал сотрудников. Приказал поставить для работы в толпе усиленный наряд.

Леонида Ильича пришлось поддерживать под руки. Рябенко усадил Генсека рядом с водителем. И Брежнев сразу пришёл в себя.

— Так, куда едем? — спросил он.

Помощник Леонида Ильича, Цуканов, бодро доложил с заднего сиденья:

— Леонид Ильич, у нас встреча с рабочими ЗИЛа. Речь я подготовил, но лучше не выступать. Скажите пару приветственных слов и пройдём по цехам. Александров-Агентов уже на заводе, всё подготовил.

До завода доехали без задержек. ГАИ позаботилось, перекрыв движение на нашем пути. С объездной свернули на Рязанский проспект и через пятнадцать минут кортеж подъехал к проходной завода имени Лихачева.

Там уже собрался народ. Люди встречали Леонида Ильича восторженными криками, махали флажками. Многие держали в руках нарядные букеты.

— Вот… народ собрался… — пробормотал Брежнев. — Надо ответить. Ну… что? Открывайте, выходим?

Мы с Рябенко переглянулись.

— Достаточно будет просто поприветствовать людей из окна, — мягко предложил Рябенко Брежневу. — Нас ведь уже ждут в сборочном цехе.

Рябенко нажал кнопку, опуская окно на дверце Леонида Ильича.

Брежнев поднял руку, помахал встречающим. Те взорвались в ответ бурей радостных оваций.

Александров-Агентов выскочил из машины и быстро прошел к директору завода, Бородину. Быстро переговорил с ним и вернулся.