Хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах. Я в очередной раз убедился в этом. Сначала рвануло колесо, пришлось менять. Потом на встречке вильнул на нашу полосу большегруз — съехали в кювет. Позвонил по «Алтаю» в Контору, дежурному. В течении десяти минут прилетели ребята, выдернули машину.

— Опять проверку системы эвакуации делаете? — поинтересовался Николай. — На случай, если с Брежневым что случится?

— Нет, Коля, я не проверяю систему. Я пользуюсь хорошо отлаженной системой.

В Завидово приехали к семи утра, то есть на час позже, чем изначально рассчитывал. На стоянке я столкнулся лицом к лицу с покидающим Завидово импозантным мужчиной. Он коротко кивнул мне и поспешил усесться в темно-серую машину марки «Вольво». Тут же заурчал мотор и «Вольво» ласточкой упорхнуло с освещенной стоянки в темноту утренних сумерек.

Внешность мужчины показалась мне смутно знакомой, но вспомнить, где я его видел, не смог. Жаль, не успел «заглянуть» в его мысли.

— Кто это был, уехал только что на «Вольво»? — спросил я у дежурного, поскольку неясная тревога после встречи не отпускала.

— Громыко, — ответил прапорщик. — Сын Андрея Андреевича.

— Но что здесь ночевал, а на вчерашнее торжественное заседание не поехал?

— Не знаю, вот у меня в журнале зафиксировано: «Громыко Анатолий Андреевич. Прибыл вчера в 17 часов тридцать минут. Отбыл сегодня в шесть пятьдесят. Пропуск постоянный».

— Все ясно, спасибо! И доложите мне обо всех, кто в данный момент находится в Завидово, в гостевом домике, — распорядился я.

— Пожалуйста, вот справка, — прапорщик протянул мне лист бумаги, исписанный мелким, но четким почерком. — Мы же каждый день в комендатуру Кремля сведения подаем. Кроме того, обязательно делаем копии по запросу. Как раз только что приготовили.

— А кто копию просил кроме меня? — с подозрением уточнил я.

— Бобкову отправляем. И сегодня международный отдел запросил на день приема отправить им копию. Сейчас здесь их сотрудники в творческой командировке находятся. Да сами прочтете, там все написано, — и прапорщик кивнул на документ.

Я прошел в главный дом. На первом этаже находился кабинет Рябенко и рядом еще два — для его заместителей на случай командировки. Сейчас в одном из них находился Солдатов.

— Миша, что здесь делал сын Громыко? — поинтересовался я у него.

— Он к завидовским сидельцам приезжал. Привез какие-то материалы, кучу книг и переводы рефератов. Ничего особенного, — Солдатов пожал плечами, — обычный визит. Он здесь часто бывает. С учеными совещания проводит, мозговые штурмы устраивает. Ничего подозрительного, обычная научная работа.