— Так это суд решит — вставил я свои пять копеек.

Леонид Ильич усмехнулся, внимательно посмотрел на нас с Удиловым, немного помолчал.

— Газеты уже создали общественное мнение, — сказал он после паузы. — Общественное мнение, знаете ли, внушительный рычаг для манипуляций на любых государственных уровнях. Отдел писем завалили требованиями применить к преступникам высшую меру наказания. Письма читают все, у кого нет срочных дел. Уж и не знаю, что делать.

— А что тут думать? — я пожал плечами. — Пишут обычно как? «Москва, Кремль, Леониду Ильичу Брежневу». Все равно, что на деревню дедушке. Надо сделать Управление по работе с обращениями граждан. Причем не здесь, в ЦК, а у нас, на Лубянке. Принять на работу как социологов, так и товарищей из комитета народного контроля.

— Хорошо, что граждане такие сознательные, — поддержал меня Удилов. — Действительно, давно пора сделать отдельную структуру по связям с общественностью.

— И дать людям обратную связь, — добавил я. — Причем реальную связь. Можно отдельной программой на телевидение. Поверьте, это снимет массу очагов напряжения в обществе.

— Вадим Николаевич, вот вы сегодня поставили мне на вид, что я запустил работу УСБ с региональными отделениями, — я повернул голову к Удилову и посмотрел на него с некоторым укором. — А когда мне этим заниматься? Мое Управление потонуло просто в обращениях и сигналах граждан. Сейчас всю мою жизнь можно описать двумя словами: «командировка» и «жалобы граждан».

— Ты прав, Володя, — Леонид Ильич вздохнул, — из командировок не вылезаешь. Сейчас вот в Ленинград на один день слетал, а шум поднялся, будь то ты там невесть что натворил. Григорий Васильевич звонил — он просто в бешенстве. Я, говорит, концерт отменяю, ввиду планируемых провокаций и организации молодежных беспорядков, а он все мои распоряжения отменяет, да ещё и нахамил при подчиненных.

— Он преувеличивает, — пожал плечами. — Про хамство — это, скорее, вопрос к Григорию Васильевичу. Вы знаете, как он разговаривает со своими сотрудниками. И как я должен был ответить на то, что ему Брежнев не указ, что у себя в городе и в области он царь и Бог?

— Давно думаю, кем заменить Романова… — Брежнев нахмурился. — Зайков?

— Не подойдет, — сразу отмел кандидатуру председателя Ленинградского горисполкома Удилов. — Его и с занимаемой должности не мешало бы пониже подвинуть.

— Вы абсолютно правы, Вадим Николаевич, — согласился я с председателем Комитета. — Зайков — это Ельцин на минималках, прошу простить меня за субъективное оценочное мнение, но Зайков во всем… слишком. Слишком льстивый, слишком двуличный и слишком бесхребетный. Добавьте в этот набор всеядность — и вы получите большую проблему в Ленинградской области.