Потому что, например, вешалку их членов-ручек, вырезанную из красного дерева, самому покупателю собирать бы в голову не пришло. Боря на это очень сильно надеялся.

Но глядя на кричащую роскошь, сантехник быстро понял, что с такими клиентами надо разговаривать надо на их языке. В голове даже воспроизвелось шутливое прозвище Князя.

— Глобальный, — представился Боря, стягивая шапку и с вызовом вставая на чистый коврик. — Дон Борис Глобальный.

— О, вы, наверное, имеете итальянские корни, — тут же одобрил Старейшина Алагаморов, следом снимая свою дизайнерскую шапку и оставляя её на стеклянной полочке в прихожей.

Видимо, красные, вырезанные из редкого дерева члены его не прельщали.

«То — для гостей», — заметил внутренний голос и Боря сунул спортивную шапку в карман куртки. Раздеваться он тоже не стал.

И если нормальной вешалки в странном, богатом доме не существовало, то существовала лысина на макушке Старейшины. А по краям — начиналась седина.

«Не пятьдесят, скорее шестьдесят», — уточнил внутренний голос.

Неудивительно, что в первую очередь хозяин дома обратил внимание на шикарные чёрные локоны Бори, немного засаленные от суеты за весь день и от того блестящие. На зависть всем лосьонам, кремам, маслам и прочим приворотным зельям, которые почему-то не спасали обладателя халата от облысения.

— Вы правы, — не стал разочаровывать Боря. Человек слышит то, что хочет слышать. Почему бы немного не подыграть для его представления о себе? — Моя мать совсем недавно прилетела с Италии.

— Сразу видно, что в эстетике с вас не убудет, — кивнул Старейшина и повёл на кухню.

Кухня походила на склеп Эпохи Возрождения. У блестящего потолка на белоснежном гарнитуре восседали толстые херувимчики с луками. Как на глаз — золотые. Мраморный пол с золотой крошкой. Стол что надгробная плита, но тоже золочённый, чтобы помнили ещё при жизни о человеке, который потерял вместе с волосами чувство вкуса и меры.

Боря невольно бровью повёл. А рядом со столом стулья сплошь золочёные, тяжёлые, твёрдые как камень и такие же крепкие. Но с надетыми золочёнными мягкими подушечками на четырёх опорах, чтобы не карябать пол.

Среди белоснежного гарнитура торчала двойная мойка с золотым краном с одной стороны и золочённым краном-душем с другой для лучшего мытья посуды.

— Вот, — пожаловался хозяин, подняв ручку.

Кран запищал, закряхтел, и вода потекла по капле. В лучшем моменте — маленькой струйкой. Стоило её закрыть, как текла ещё с полминуты.

Боря улыбнулся. Ситуация знакомая. Ситечко-дозатор забилось в кране, не позволяет течь напору. Ржавчина, песок, что угодно, крупнее точки. Для порядка заглянул под мойку, рассчитывая увидеть брендовую систему по очистке воды, обилие фильтров, ионизаторов, электронные размельчитесь мусора, но с недоумением обнаружил лишь систему слива из категории «дёшево и сердито». И два крана подводящей воды.