А лучше рано, чем поздно.

— А-а. Ну пошли тогда за патронами, — сказал он и они действительно пошли.

В подвал… Где за полкой с банками оказалась скрытая дверь.

Пройдя внутрь и включив в тайном помещении без окон свет, Князь только рукой повёл.

Смотри, мол. Наслаждайся.

Зина почти минуту таращилась на развешенные по стенам автоматы и пистолеты. В углу стоял пулемёт Корд. А рядом располагались два ящика с гранатами. К стене были прислонены и гранатомёты. Выстрелы для них располагались рядом. Что же касалось патронов, то они были по-хозяйски рассыпаны по вёдрам с маслом на дне. И рассортированы по калибрам и типу. Ведер двенадцать всего, как на первый взгляд.

— Тут 5.45-ые. Тут 5.56-ые, — объяснил Князь. — А это 7.62-ые. Наши, не натовские. Раз уж собралась помогать, бери и вставляй в обоймы. Они там, на полке.

Князь махнул в сторону и встал спиной, делая нелёгкий выбор между автоматическим и полуавтоматическим. Понятно же, что женщина сейчас расстроится, назовёт психом и уйдёт, топнув ножкой.

«В душе-то они все принцессы», — даже подумал Князев, подбирая эффектную финальную фразу на прощание. Что-то типа: «и не вздумай болтать о том, что здесь увидела, а то шкуру спущу!» Или «все вы по итогу шкуры, как горячо становится!».

Но Зина вновь его переиграла. Насыпав в ладонь горсть патронов, она спокойно начала вставлять по одному в рожок для АКМ.

— Ты что делаешь? — не поверил своим глазами потенциальный супруг и даже сделал шаг настрочу, приглядываясь.

А там калибр 7,62 на 39 миллиметров советского промежуточного патрона. И вставляет ровно в ту обойму, какую положено для АКМ.

— А что? Ты же сказал. Вот и… помогаю, — ответила невозмутима Зина и подхватила следом «лимонку». — Гранаты брать? Но карманы у меня сейчас не важные. Напрягусь — всё вокруг взорвётся. Есть «обвес»?

Князь ненадолго завис, переваривая информацию. Спросил скупо:

— Ты что, воевала?

— Что, значит, воевала? — переспросила Зина в лёгком смущении. — Так… служила. Немного.

Князь вдруг улыбнулся как после первого поцелуя и понял, что сердце его окончательно и бесповоротно занято этой объёмной, но такой своей женщиной.

Такой прощальных фраз придумывать не нужно. Не то с чекой в руке уйдёт, а ты с подарком останешься.

— Ты же моя… заинька, — добавил он и они начали целоваться.

Князь с удивлением для себя обнаружил мощное возбуждение. Штаны топорщились, как в молодости. Да и она как по виду, только и ждала приказа «сними это немедленно!».

«Сам ты баклажан», — ещё подумал Князь и готов был списать Биту со счетов, если не продержится без него ещё минут пять.