— Доброе, — сухо отозвался он и продолжил жевать румяный пирожок.

Приблизившись, я с наслаждением вдохнула аромат выпечки и улыбнулась.

— М-м-м, тетушка Бонифер все-таки сдержала обещание и испекла пирожков. Чур, мои с вишней!

Я налила чай и присела рядом с мужем, не переставая обворожительно улыбаться. На что Себастьян поморщился, словно от боли.

— Ты не могла бы говорить потише? — попросил он, потирая виски.

— Голова болит? — сочувственно вздохнула я, хватая один из пирожков, которые горкой лежали на большом блюде.

— Болит.

— У меня есть хорошая настойка. Она точно поможет.

— Единственное, что мне точно поможет — это сон, — проворчал муж.

— Плохо спал?

Разломив пирожок на две части, я обнажила идеальную сердцевину: пористую и мягкую, словно облачко. А какой запах исходил от густой начинки из половинок ягод! Откусив кусочек, я ощутила приятный кисло-сладкий вкус и зажмурилась от удовольствия. Все как я любила.

— Совсем не спал, — буркнул Себастьян.

И тут у меня проснулась совесть.

— Ой, — пробормотала я, отложив пирожок, и виновато вздохнула. — Это из-за меня, да?

— Ты-то здесь при чем? — нахмурился он, поднимаясь, чтобы наполнить свою кружку новой порцией горячего чая.

— Ну как же… Я ведь заняла твою спальню. Ты прости, пожалуйста, но я не знала, где мне ночевать. В гостевой не решилась, вдруг опять твой друг явится с проверкой. Второй раз обхитрить его не выйдет. Удивительно, как он поверил нам в первый раз. Поэтому я и заняла твою спальню. Но если ты скажешь, я…

— Шанталь, — едва не рыча, прервал меня Себастьян, — ты не могла бы выражаться короче и яснее?

— Ой, прости, — вновь покаялась я, прижимая пальцы к губам. Действительно, что-то я сегодня слишком болтлива. — Я лишь хотела сказать…

— Я уже понял, что ты хотела сказать. — Супруг вернулся на свое место и с наслаждением вытянул длинные ноги. — Нет, я не против, что ты заняла мою спальню. Да, я согласен и считаю, что в сложившейся ситуации ты поступила правильно. Мы решим вопрос со спальнями, но потом… Сейчас у меня полно других проблем. И в моей бессонной ночи нет твоей вины.

— А чья есть?

Почему-то сразу на ум пришла зеленоглазая магичка. Она могла бы устроить моему мужу бессонную ночь.

«Та-а-а-к, Шанти, а вот это тебя не касается!»

— Работа, — уклончиво ответил Себастьян.

«Интересно, а Ясель можно отнести к работе или нет?» — продолжало противно пищать сознание.

— Понятно, — вздохнула я и принялась поедать вкусный пирожок, то и дело задерживаясь взглядом на муже.

Хватило трех долгих тоскливых вздохов, чтобы он не выдержал.