— Сказала, что у тебя никого нет, но повторила, что ничего ты мне не рассказывала, он конечно удивился и, мне кажется, не поверил, развернулся и просто убежал, — подруга смотрела на меня через зеркало, её глаза были полны заботы и лёгкого упрёка.

Я упёрлась об раковину и посмотрела через зеркало на неё: — Я сказала ему, что всё кончено, — произнесла я, моё каменное лицо не выдавало никаких эмоций, я просто была истощена, сердце только пропускало удары, как сломанный механизм, внутри пустота, как после бури.

— Что ты сделала? — Стелла подняла бровь, её лицо исказилось от шока, глаза расширились.

Развернулась к ней и скрестила руки: — Рассталась, разорвала, сказала, что мы разные… — но эмоции всё же дали сбой, я пустила слёзы, горячие потоки по щекам, — Боже, что я наделала… — села на корточки и обняла свои колени, тело сотрясалось от рыданий, внутри всё разрывалось от боли потери.

Стелла подбежала ко мне и обняла — так крепко, что я ещё сильнее впала в истерику, её руки были тёплыми, успокаивающими, а слёзы впитывались в её блузку, мы сидели так, пока моя буря не утихла, оставив только пустоту и усталость.

Подруга уложила меня в кровать — её руки были нежными, как у матери, она поправила одеяло, подоткнув края, чтобы я чувствовала себя в коконе тепла и заботы.

— Отдохни, побуду с тобой, — прошептала она, и как по щелчку пальцев я просто отключилась, тело сдалось усталости, погружаясь в тяжёлый, беспокойный сон, где фрагменты ночи с Дэвидом и боль расставания кружились, как вихрь.

Открыла глаза в темноте — комната тонула в сумерках, и только с кухни доносился лёгкий шум: звяканье посуды, шипение плиты. Поднялась с кровати, чувствуя, как тело ноет от вчерашней истерики и алкоголя, ноги дрожат, а голова пульсирует, как после удара. Вышла на звуки, босиком по холодному полу, который обжигал ступни, напоминая о моей уязвимости.

Я облокотилась на дверной проём, наблюдая, как Стелла в наушниках что-то готовит и танцует — её тело двигалось в ритме, волнистые волосы качались, а бёдра виляли игриво, она была такой живой, полной энергии, в отличие от меня, разбитой и пустой внутри. Аккуратно, чтобы совсем её не напугать, я слегка пошевелила её руку — коснулась плеча, чувствуя тепло её кожи сквозь блузку.

Она быстро сняла беспроводной наушник и повернулась ко мне, глаза расширились от неожиданности, но сразу смягчились заботой.

— О, вот и соня проснулась, — улыбнулась она мне, её улыбка была тёплой, как солнечный луч, проникающий сквозь тучи. — Получше стало?

— Вроде бы да, — ответила я, подойдя к графину с водой и налив себе стакан — прохладная жидкость освежила горло, но внутри всё ещё жгло от вчерашних слёз и тошноты.