Внутри у меня всё искрило, как фейерверк, от слов "свидания", "подарок" — они разливались по телу сладким теплом, заставляя низ живота потянуть от знакомого желания. "Неужели мы к чему-то все же пришли? Я не верю..." — мысли лились рекой, и я незаметно ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что это не сон, а реальность, полная обещаний и... вины.

Позже, ещё немного поговорив — о мелочах, о планах, — мы покончили с завтраком и поехали вдвоём в офис. Сердце колотилось так быстро, что отдавалось даже в ушах, а ладони вспотели от приятного предвкушения, смешанного с нервозностью. Кристиан всю дорогу улыбался — той же редкой, искренней улыбкой, — и в один момент взял мою руку, сплетая наши пальцы в замок. Это прикосновение было таким интимным, таким правильным, что моей радости не было предела — внутри вспыхнул огонь, разливающийся по венам, и я сжала его руку в ответ, борясь с желанием наклониться ближе.

Приехав к зданию — современному стеклянному небоскрёбу в сердце Сан-Франциско, с панорамными окнами, отражающими утреннее солнце, и входом, окружённым пальмами и фонтанами, символизирующими динамику Кремниевой долины, — Кристиан поспешил открыть мне дверь, помогая выйти с той же элегантностью, что и всегда. Но краем глаза я увидела знакомый силуэт: Стэлла шла на работу, и от удивления сняла солнцезащитные очки, беззвучно артикулируя губами "Ахренеть!", с широкой, озорной улыбкой на лице. Я показала вид, будто ничего не заметила, но от этой сцены заулыбалась ещё шире — внутри всё пело от смеси смущения и триумфа, как будто весь мир подмигивал мне в этот момент.

Работа шла удивительно легко — задачи, обычно вязкие и утомительные, сегодня решались одним касанием клавиш: я быстро сортировала отчёты, отвечала на мейлы с клиентами, планировала предстоящее торжество для мамы Кристиана, добавляя креативные штрихи. Время летело, а я чувствовала себя в потоке, но в моменты передышки ловила на себе его взгляд — Кристиана, через прозрачные стеклянные стены его кабинета. Его глаза скользили по мне с той же интенсивностью, что и утром, заставляя кожу гореть, и я коварно улыбалась в ответ, отводя взгляд с притворной скромностью, хотя внутри всё трепетало от этого безмолвного флирта. "Неужели он думает о том же, о чём и я? О свидании, о прикосновениях..."

Вдруг телефон разрывался от уведомлений — Дэвид бомбардировал меня шутками, пересыпанными флиртом и откровенно пошлыми намёками: "Вспоминаю, как ты стонала вчера... Хочу повторить, но жёстче". От этих слов я краснела, чувствуя, как жар разливается по щекам, а внизу живота тянет сладкой болью — я невольно сводила ноги, сжимая бёдра, чтобы унять пульсацию. "Так, Лэйн, успокойся!" — строго приказала я себе, стараясь не думать об этом демоне с голубыми глазами, чьи воспоминания о вчерашнем кунилингусе всё ещё заставляли тело предательски реагировать.