Пыталова была в неприметном сером платье и шерстяном платке, не шеф Охранного Отделения, в прямо бабушка-разночинка, отправившаяся за покупками. Соколов выглядел внушительнее — синий форменный мундир с генеральскими погонами, роскошные черные усы с бакенбардами, на фуражке кокарда с перекрещенными шваброй и бутылкой — эмблемой Охранного Отделения.
На плече у Соколова сидела огромная и жирная чайка, злобно созерцавшая пространство Малахитового зала.
Корень-Зрищин торопливо хлебнул кофе, закурил сигару и предложил кофе гостям. Потом он посмотрел в черные глаза чайки на плече Соколова.
— Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный, — процитировал Корень-Зрищин поэта, писавшего в начале прошлого века под псевдонимом Сладкий.
— Да, это буревестник, — улыбнулся сквозь усы Соколов, — Точнее говоря, гигантский буревестник. Его зовут Норд.
— Прекрасно, — одобрил Корень-Зрищин, — Какие новости?
Новый канцлер Империи был прокачанным магократом, так что уже давно научился использовать свои родовые способности, не кастуя заклинаний. Так что сейчас он ясно видел, что Соколов чем-то сильно встревожен и напуган, хоть и скрывает это, а Пыталову мучают боли в поджелудочной. И еще кучу разной гадости, ведь Корень-Зрищины могут видеть лишь плохое.
Но канцлер уже давно научился подавлять свое отвращение к людям и принимать всех такими, какие они есть, только благодаря этому он до сих пор не сошёл с ума и не покончил с собой, как делали многие Корень-Зрищины.
— Всё готово к коронации, — прошамкала старческим голосом Пыталова, — Безопасность будет обеспечена на высшем уровне. Его Величество может быть совершенно спокоен.
Корень-Зрищин отхлебнул еще кофе и выпустил облако сигарного дыма, и лишь после этого спросил:
— А враги Государя? Что с Михаилом и Малым?
— Полагаю, у Павла Павловича не осталось врагов, — осторожно ответила княгиня, — Чудовище мертво, как и Триумвират. Все члены Мальтийского Ордена или казнены, или присягнули, или в бегах. А изгнанника Михаила или тем более Малого вряд ли можно считать врагами.
— Я не спрашивал вашего мнения по этому вопросу, — вздохнул Корень-Зрищин, — Кого считать врагами, а кого нет — это решать Императору. А вашей задачей было найти Михаила и Малого. Они оба до сих пор претендуют на русский трон и при этом до сих пор живы и на свободе. Вас ничего не смущает в этой ситуации, Пыталова?
— Я уверяю вас, что никакой опасности нет, Ваше Высочество, — сварливо проговорила старуха, — Михаил в бегах, ему сейчас не до престола. Да и из влиятельных кланов его никто не поддерживает. А Малой — просто паренек, которого все магократы справедливо полагают придурком. Да и на престол он никогда не претендовал. И мы их ищем, их обоих.