— Именно, — подтвердил я, — Я сын князя Глубины. Незаконнорожденный. Бастард, короче говоря. И мне срочно нужно видеть папку.
— Эм… — Оборотнич совсем загрузился.
Я понял, что этот парень не только легко приходит в ярость, но еще и туповат. Сразу видно сынка знатного магократа.
— Я пройду, — сообщил я Оборотничу.
— Да лучше наверное не стоит, — осторожно и боязливо влезла в разговор Жаросветова, — Давайте я лучше позвоню. Глубина вроде должен быть сейчас здесь. Он к вам спустится.
— Валяй, звони, — согласился я.
Хотя лично я не был уверен, что Глубина у себя в спальне. Вполне возможно, он сейчас рыщет по всему Лицею в поисках короны и меня.
Приходить к Глубине сейчас было, конечно, неразумно. Но у меня не было выбора, кроме того, я не привык откладывать важные вопросы на потом.
Как говорится, первоочередное — в первую очередь, второочередное — никогда.
Оборотнич пожал плечами, Жаросветова набрала номер на своём смартфоне. Интересно, откуда у неё номер Глубины?
— Алло, — произнесла девушка, — Ваша Светлость, простите за поздний звонок… В общем, тут к вам… эм… сын. Ну он говорит, что он ваш сын…
Жаросветова замолчала и напряглась, слушая князя в трубке.
Слов, которые говорил Глубина, я разобрать не мог, но, судя по тону и лицу девушки, они все были матерными.
Мда. Похоже, не сработало. Ну да ладно.
Жаросветова тем временем отключила звонок и с интересом взглянула на меня:
— Проходите. Глубина вас ждёт, в его спальне. Дорогу знаете?
Глава 42. Демонстративное пожирание трикоинов «Куратору: Слово и Дело! По моей информации у преподавателя Царскосельского Лицея князя Глубины имеется внебрачный сын. Означенный Глубина при этом само существование сына тщательно скрывает. Внештатный осведомитель агент Бобр»
ОТВЕТ:
«Бобр, вы идиот? Это не его сын. Слово и Дело! Куратор»
Князь Глубина стоял у окна своей небольшой спальни, повернувшись спиной к двери.
Обстановка у Глубины была спартанской — кровать, шкаф, столик с тумбочкой, и больше ничего.
Князь разумеется, не спал, более того был одет, а его плащ был забрызган грязью. И не в результате боя в садике, когда я оглушил Глубину лопатой, этого плаща на нём не было. Значит, князь уже успел переодеться и куда-то сгонять.
Я ставил на то, что гонял Глубина продавать кулоны Чудовища.
— Здорово, сынок, — процедил Глубина и резко обернулся.
Стекла его очков зловеще блеснули.
— Я хочу начать с извинений, — поприветствовал я Глубину, — Простите за удар лопатой, князь. Мне правда жаль. Но я отдал вам кулоны, как мы и добазарились.
— Кулоны — дерьмо собачье, — недовольно сообщил Глубина, — Каждый всего по двести тысяч рублей. И нет, Нагибин, я не могу засчитать их вам в зачёт вашего долга. Дело в том, что я вынудил вас отдать их мне. Вот если бы вы сами рассказали мне про кулоны и корону — тогда я бы может и засчитал вам погашение долга. А так — уж извините. А что касается удара лопатой…