Мы все замерли и уставились на монстра в подземном зале, но тот на раскурочивание решетки никак не отреагировал. Тварь все еще стояла по стойке смирно, сохраняя полную неподвижность. Только моргнула пару раз, всеми четырьмя глазами — тремя на голове и одним на чешуйчатой грудине.

— Может оно зависло? — предположил я.

— Есть только один способ проверить, — произнес Кабаневич, — Эй, Икар! Войди туда.

Холоп нехотя двинулся вперед, мужик весь дрожал, его борода колыхалась и трепетала.

Но ослушаться хозяина Икар не рискнул, он сделал несколько шагов к решетке, потом замер на мгновение, а потом перешагнул невидимую линию, на которой раньше располагалась решетка, закрывавшая проход.

Ничего не произошло. Монстр смотрел на холопа, но ничего не предпринимал.

— Похоже, и правда зависло, — заявил Кабаневич и сделал несколько шагов вперед, встав рядом с Икаром.

Как только магократ вошел в подземный зал — тварь прореагировала немедленно.

Она отверзла рот, обнажив тройной ряд острых зубов, крылышки за спиной монстра, казавшиеся мне раньше непропорционально маленькими, развернулись в огромные кожистые крылья, каждое из которых было метра по три в длину.

Монстр оглушительно зашипел, а его две мужских снасти, свисавшие до самого пола, приняли боевую позицию, вытянувшись на метр каждая.

Вот блин. Похоже, что это чудище собиралось учинить над незваными гостями самую натуральную содомию.

— Угомони его! — крикнул мне Кабаневич, — Вдруг тут родомагия!

— Изыди! — провозгласил я, вставая рядом с Кабаневичем, — Я, Старший клана Нагибиных, приказываю тебе…

Но никакой родомагии тут не было. А если и была, то явно не Нагибинская, потому что монстр меня не послушался. Он не исчез, не растворился и не успокоился.

Вместо этого тварь бросилась на нас в атаку, с неожиданной стремительностью для существа, у которого было четыре ноги.

Герцог ринулся наперерез монстру, взлетев в воздух, он нанес твари по морде прямой летучий фронт-кик.

Вот только…

Нога герцога прошла сквозь морду монстра, как будто тот был бесплотен.

— Да это же просто привидение, иллюзия! — догадался я.

Но «иллюзия» тем временем с исключительной ловкостью схватила прямо в полете ногу герцога, а потом припечатало Кабаневича головой о стальной ящик, стоявший рядом.

Голова Кабаневича хрустнула, как арбуз, на пол брызнула кровь герцога. Но сознания Кабаневич не потерял, он попытался воткнуть твари в грудь свой волшебный кинжал Рюрика, но кинжал просто прошел сквозь чудище, как будто оно было голограммой.

Прикольно. Значит, оно нас бить может. А мы его — нет. И даже кабанчиковые артефакты не работают.