— Мне-то все равно, — пожал плечами герцог, он убрал руку с плеча Громовищина, и взял за руку подошедшую Чумновскую.

Я поспешил сосредоточиться на том, чтобы впитать заклинание Кабаневичей, когда меня будут телепортировать, но не успел.

Старший Кабаневич перемещался на самом деле мгновенно, и без всяких визуальных эффектов. Я даже ничего сообразить не успел, как оказался вместе с герцогом и Чумновской на дне шахты лифта.

Впиталось ли при этом заклинание телепортации — я понятия не имел.

Воздух здесь был удушливым, пахло чем-то сладковатым и как будто специями. Это было странно, когда я ползал по лазам под поместьем — я ничего подобного не ощущал, в лазах воняло только гнилью и сыростью.

Мы все одновременно активировали наши ауры — мою фиолетовую, голубоватую ауру герцога и темно-серую Чумновской. Помещение осветилось разноцветным светом, как будто зажгли новогоднюю гирлянду.

В этом свете мы узрели каменные стены, на которых располагалась оснастка лифта, каменный же пол, а еще напуганного холопа.

— А вот и мой рубль, — констатировал герцог, подбирая с пола монету.

Из шахты вел просторный каменный коридор.

— Пошли, — подбодрил я остальных и первым двинулся по нему.

Коридор долго не продлился, вскоре мы увидели впереди толстую стальную решетку, а за ней…

Тут не было никаких сомнений, за решеткой располагалось то самое помещение, которое я уже наблюдал из лаза — огромный зал, полный коробок, картонок, проводов и каких-то громадных стеклянных бутылей.

Монстр, которого я видел из лаза, тоже был на месте. Он стоял в нескольких десятках метров от решетки, перегораживавшей проход. Тварь определенно не сдвинулась ни на сантиметр с тех пор, как я её видел в последний раз. Она стояла все также неподвижно. Только повернула в нашу сторону свою трехглазую башку, украшенную темным гребнем.

— Мамочка, — выдохнула Чумновская.

Голос девушки разнесся по каменному подземелью гулким эхом, но монстр в зале на это никак не отреагировал. Он просто стоял и смотрел. Прочитать, о чем чудище думает, по взгляду красных глаз было невозможно.

Стальная решетка, в которую мы уперлись, тем временем была закрыта. Более того, ни двери, ни даже замочной скважины в ней не было. Но другие ходы или обходные пути тоже отсутствовали.

— Ваше мнение? — спросил я герцога, — Что это такое? Я и про зал, и вон про ту тварь.

— Ну… Некоторые догадки у меня есть, — уклончиво ответил Кабаневич, — И если они верны — нам с вами повезло, Нагибин. Причем повезло так, как это бывает раз в жизни. Так что уверен, мы с вами сможем договориться. Проблема лишь в том, как туда попасть.