— Этого не будет, — я холодно посмотрел на герцога, — Но согласен на вариант, что вы отдадите мне рукоять.

— Забавно, — герцог хохотнул, — У нас с вами есть потенциально мощнейший артефакт, но мы не можем собрать его, потому что у каждого из нас по половинке. Вам не кажется это глупым?

— Кажется, — согласился я, — Поэтому можете отдать мне рукоять, и тогда у нас будет целый меч.

Ситуация была на самом деле патовой, каждый из нас понимал, что в вопросе меча другому не уступит.

— У вас будет целый меч, барон, у вас, — уточнил Кабаневич, — А вы тем временем понятия не имеете, что с ним делать. В отличие от меня.

— А что с ним делать, герцог?

— Ладно, — уклонился от ответа Кабаневич, — Боюсь, что по этому вопросу мы договориться не сможем. По крайней мере, сейчас. Вернемся к нему позднее?

Я кивнул.

Кабаневич в свою очередь подал знак своему краснобородому сынку, тот тут же исчез в голубом вихре.

Минута прошла в томительном ожидании, а потом краснобородый вернулся. Его руки возлежали на плечах принцессы и Пушкина, оба выглядели смертельно уставшими, но были в сознании и вроде даже целыми.

Пушкин ругался, принцесса мрачно смотрела на меня.

— Простая предосторожность, простите, — произнес герцог, а потом приставил свой кинжал Рюрика к горлу принцессы.

Девушка было попыталась оттолкнуть герцога, но я остановил её:

— Погодите, графиня. Постойте смирно. Это справедливое требование.

— Ну ты и козел, Нагибин… — пробормотала принцесса.

Ну ни фига себе. Вот такого я от неё точно не ожидал, я готов был поклясться, что козел — самое страшное ругательство, которое девушка произносила в своей жизни.

Я достал смартфон и набрал Корень-Зрищина, который дежурил у погреба с заложниками-Кабаневичами. Связь в этом подземном зале почему-то была, возможно тут где-то был спрятан ретранслятор.

— Алло, князь, дайте мне Шаманова.

В трубке послышались звуки суеты, хлопнула крышка погреба.

— Да, все в порядке, — доложил Шаманов, — Но меня связанный Кабаневич укусил, сука.

— Заложники в порядке?

— Да что им сделается-то? Все живы. На прицеле у Алены. Убить их?

— Не надо, — поморщился я, — Отпусти их всех. Кодовое слово — «Фабула».

— Понял, — подтвердил Шаманов.

— К тебе сейчас телепортируется сын герцога Кабаневича и проконтролирует, — предупредил я Шаманова и повесил трубку.

— Они на кухне, в погребе, — сообщил я герцогу.

— А я знаю, — ухмыльнулся герцог, а потом кивнул своему краснобородому сынку, который тут же телепортировался.

Вернулся сынок уже через минуту, в сопровождении синеволосой Таисии Кабаневич.

Герцог обнял свою любимую внучку, оттеснив краснобородого, который, видимо, приходился Таисии батей. Экая милая семейная сцена.