— Да ну… — снова не слишком вежливо отказался Исцеляевский.

Я понял, что имел в виду герцог, когда предупреждал меня, что с Исцелявским каши не сваришь. Тем не менее, я и правда видел в этом мужике потенциал, так что просто достал бумажник, а из него восемьсот рублей.

Пачку купюр с портретами мертвых Императоров я протянул Исцелявскому.

— Ну я даже не знаю…

— Чего тут знать? — подбодрил я целителя, — Берите деньги, пока дают. Что же касается работы — я стараюсь избегать лишнего травматизма в моей ложе, так что, думаю, что мы нечасто будем к вам обращаться за помощью. А свои двести рублей вы в любом случае будете получать ежемесячно. Плохо что ли? Хороше же!

Моя фраза про снижение травматизма прозвучала не слишком правдиво, учитывая, что тут же в кухне лежала отрезанная голова эфиопа, но мой расчет оказался совершенно верным — трудно отказаться, когда тебе протягивают пачку купюр, да еще и назначают ежемесячное довольствие просто так.

Исцеляевский деньги взял, а потом, пересчитав их, подозрительно уставился на меня:

— Так тут восемьсот. Двести за месяц, двести за спасение вот этой вашей баронессы… А еще четыреста за что?

— За еще два акта целительства, которые вы исполните для нас прямо сейчас, — ответил я.

Исцеляевский все еще смотрел на меня с подозрением, потом он перевел взгляд на голову эфиопа, лежавшую на кухонном столе.

— Ага, — кивнул я.

— Да вы с ума сошли! — пришел в ужас Исцеляевский, — Вы хотите, чтобы я вылечил вот этого негра, которому отрезали голову еще пару часов назад? Ну уж нет, простите. Такого даже моя тетя-личный врач Императора не умеет, и вообще никто не умеет. Отрезанные головы не лечатся, извините. Вам к некромантам, барон.

— Мне не нужно, чтобы вы его оживили или вылечили, — успокоил я перепуганного Исцеляевского, — Я всего лишь хочу, чтобы вы остановили процессы гниения. Проще говоря, законсервируйте мне эту голову, чтобы она не разлагалась. Вы же можете останавливать некроз живых тканей, значит, и с мертвыми справитесь…

— Это, пожалуй, могу, — буркнул Исцелявский, — Только вот зачем? Проще же вызвать похоронщиков, они его забальзамируют… А еще по Имперскому законодательству у вашего мертвого негра надо вырезать желудок и сердце, чтобы потом использовать их в энергетике…

— Это как раз в данном случае не нужно, — влезла в наш разговор Головина, — Иясу — иностранный подданный. Кроме того, он негр и не ел при жизни трикоинов. Так что для нашей Имперской энергетики его сердце и желудок все равно не годятся. Но почему бы нам не вызвать похоронщиков — я тоже не понимаю. Объяснитесь, барон.