— Да, но вы красивы, харизматичны и далеко пойдёте, — пожала плечами моя невеста, — А лучшего варианта у меня всё равно не будет. Вы хотите знать, почему я только сейчас показала вам этот документ? По двум причинам.

Во-первых, я за вами наблюдала. И если бы вы оказались тряпкой — я бы сожгла эту бумажонку. Но вы не разочаровали меня, Нагибин. Хотя я не могу сказать, что люблю вас или нечто в этом роде.

Ну а вторая причина — вы вроде только что хотели меня… Я решила, что для вас настал подходящий момент узнать, что вы предаётесь любви со своей невестой, а не просто со случайной… Как там мужики говорят? Тёлкой? Со случайной тёлкой, вот.

— Нет, баронесса, — печально доложил я, — Вы выбрали неудачный момент. Самый неудачный, какой только можно придумать.

— Я понимаю, что вам нужно мясцо, Нагибин, секс без обязательств, — кивнула Головина, — Но мне-то он зачем?

— Готов поклясться, что еще минуту назад он был вам нужен, еще как, — я махнул рукой, — Впрочем, это дело прошлое. А, слушайте, что если я сейчас просто сожгу этот контракт?

— Можете даже его съесть, Нагибин, — презрительно ответила баронесса, — Из памяти моего отца этот контракт от того, что вы уничтожите бумажонку, не выветрится. Кроме того, у епископа есть копия. А у посредника Схронова так вообще две — бумажная и электронная. И депозитарии, где Схроновы хранят документы, считаются самыми надёжными в мире. Так что вы окружены, Нагибин. Сдавайтесь. Я буду вам хорошей женой. Но строгой, разумеется.

— Эм… Время на размышление?

— Сутки, — пообещала Головина, — Не больше.

— Ладно, — я зевнул, — Всё, я спать.

— Только один вопрос напоследок.

— Валяйте, баронесса.

Головина встала, поправила юбку и подошла ко мне почти вплотную.

— Сколько на самом деле стоит корона, Нагибин? Эти придурки поверили в ваш спектакль, когда вы благородно отказались от своей доли, но я — нет. Я уверена, что корона не десять миллионов стоит, а больше. И что большую часть денег от её продажи вы возьмете себе.

— Само собой, — кивнул я, — Корона стоит двенадцать лямов, по словам оценщика. Но я попытаюсь сбагрить её за пятнадцать. Так что вы правы, естественно. Хотите отдам вам пять миллионов, а вы за это разрешите мне на вас не жениться?

— Не-а, — мотнула головой баронесса, — Вы на мне женитесь. А потом еще и пять миллионов отдадите.

Головина подошла еще ближе, через мгновение наши губы коснулись друг друга.

На этот раз я не стал затягивать со сниманием штанов, заодно и достал из кармана то, без чего нельзя было обойтись, в данной ситуации.

Еще через мгновение мы с баронессой были на полу…