Дрянь уже успела прорасти внутрь и теперь расширялась. Удаление её могло грозить парализацией жизненно важных органов, в первую очередь сердца. Артиос уже лишился руки, часть левой ноги не функционировала, почка отказала, часть внутренних органов тоже функционировали через одно место, плюс парализация части лица, даже пережёвывать пищу теперь удавалось с трудом.

Нейросеть пыталась хоть как-то нейтрализовать повреждения, вызванные разрушением ментального тела, но магические раны нельзя было излечить с помощью технологий человечества из прошлого мира.

Делфия продолжает искать решение проблемы, более безопасный способ излечения, но вряд ли такое возможно. Однако девушка не опускала руки и всеми силами старалась помочь.

Артиос не знал почему она ради него так старается. Хотя, с другой стороны, он ещё не знал зачем храм Аенора занимается благотворительностью. Может Делфия, как и её отец, реально верила в то, что помощи заслуживает каждый?

— Добрый день, наставник Бертранд, — Артиос и не заметил, как дошёл до главного зала храма, где его уже ждал паладин.

— Здравствуй, — ответил воин света.

Бертранд быстро окинул взглядом своего ученика, вид которого был сильно уставшим и помятым. Паладин знал об экспериментальных попытках лечения, но никогда не затрагивал эту тему.

Вместе с несколькими помощниками меньше, чем за пол часа удалось загрузить телегу провиантом. Артиос вместе с Бертрандом объезжали трущобы, останавливаясь в одних и тех же местах. Заброшенные здания, которые раньше, наверное, были тавернами жили сироты под присмотром неравнодушных людей.

Детишки уже хорошо знали бородатого паладина и всегда с радостью бежали к повозке. После разгрузки провианта Бертранд ещё оставался и выслушивал истории детишек. Старый и добрый маг уровня магистра, способный сокрушать орды демонов, просто сидел и добродушно смеялся, будто был их родным родственником.

Многие осуждали Бертранда за такое поведение. Мол, ты же столь сильный маг, убив старшего демона ты спасёшь тысячи, зачем ты тратишь своё время на них? Но старшего демона может убить и хорошо скоординированный отряд паладинов. А вот дать растущим в одиночестве детям тепло, заботу и совет, стать для них примером, на который стоит равняться, мог далеко не каждый паладин.

Бертранд был сильным магом и делал то, о чём забыли все остальные. Артиос же ездил вместе с ним и помогал чем мог, однако искренне во всё это не верил. От одного посещения ничего в корне не измениться, а Бетранд не может быть в нескольких местах одновременно.

— Я прекрасно понимаю, что не могу спасти всех, — как-то ответил Бертранд на вопрос Артиоса. — Но вполне возможно, что, когда кто-то из них окажется на распутье, мои поступки сыграют свою роль. Они вспомнят мои слова и примут правильное решение.