Артиос не брал судиться прав Бертрнад или нет. Старик сам волен решать, как ему жить, если считает свой путь правильным — пусть идёт. Да и в последнее время на всю эту суету становилось наплевать: когда знаешь дату своей смерти, жизнь теряет краски. Кто-то в последние годы жизни начинает жить на полную катушку, а Артиос уже просто устал. Апатия подобно лавине погребла все желания и мотивацию, уже ничего не имеет значения.

Лошадь методично тащила за собой повозку, проезжая мимо однотипных полу гнилых и грязных зданий. Неожиданно по одной из улицей пробежал отряд эльфийской стражи в своих дорогих доспехах.

— Что они тут делают? Они же никогда не выходят из верхних кварталов? — удивился происходящему Артиос.

— Дрянь, — Бертрнад щёлкнул поводьями, ускоряя движение лошади. — Это чистка.

Артиос уже слышал про рейды эльфов вглубь располагавшихся около внешней стены трущоб, но чистки происходили в других районах. Эльфийская стража входила в неблагополучные районы, отлавливая нелегалов и людей без определённого места жительства. Иногда под раздачу попадали мелкие группировки, но обычно их игнорировали.

Защитой правопорядка должна была заниматься стража района, но их обычно подкупали. Самим же эльфам плевать на уровень преступности и качество жизни у неправильных рас. Лишь изредка стража из верхних районов проводила чистки, после чего захваченные маргиналы отправлялись в рабство.

Остальные неэльфы не особо возмущались происходящему, ведь жить рядом с подобной прослойкой общества было не только неприятно, но и небезопасно. Если отбросы объединялись и пытались бунтовать, то их могли и убить на месте. Через день никто уже и не вспомнит про смерти всяких наркоманов, бандитов, бомжей или сирот. Но обычно эльфы не убивали, а брали в плен, после чего поднявшие руку на остроухих отбросы отправлялись под нож химерологов в различные школы или на другие изучения.

Вскоре телега доехала до храма Аенора, у которого уже столпились стражники в золотых доспехах. Огромные двери храма были закрыты, а впереди стояли паладины с опущенными щитами.

— Вы укрываете преступников! Уйдите с дороги и дайте нам войти внутрь, немедленно! — приказным тоном кричал эльф.

— Это частная территория принадлежащая служителям Аенора, ты не войдёшь сюда без разрешения главы храма Бертранда Инелрана, — твёрдо стоял на своём паладин Отелин, с которым Артиос уже несколько раз выезжал на задания.

— Я имею право войти внутрь для захвата преступников, а вас обвинить в нарушении порядка.

— И какой же закон был нарушен? — Бертранд слез с повозки и сквозь ряды эльфов направился к храму.