— Как пожелаешь, — тяжело вздохнув произнёс старик, который прекрасно понимал своего ученика и друга.

В этот момент Артиос сломался, среди различных чувств появилась глупая детская обида, ощущение ненужности. Даже собственный наставник, который лицемерно рассказывал про второй шанс и милосердие, сейчас выбросит его как не нужную проблемную игрушку. Пусть попробует.

Ангелы ещё не спешили уходить и вместе с другими выжившими паладинами стояли вокруг двух людей, чтобы исправить ситуацию, если рука Бертранда дрогнет в последний момент.

Тёмный сосуд тем временем взял полный контроль и уже собирался надкусить душу собственного хозяина, но делать этого не спешил по непонятным причинам. Может ждал подходящего момента, чтобы обрушить яростный шквал магии на всех сразу или оставлял энергию для бегства.

Тем временем тьма внутри концентрировалась, огромная сила, неподвластная ни понимаю, ни возможностям Артиоса. Физический мир вокруг начал даже меняться, аура страха и ненависти пыталась пробиться через ментальную защиту паладинов, окруживших загнанного в угол зверя.

И вся мощь тёмного сосуда вырвалась в едином потоке, вся сила убитых сегодня врагов и союзников, энергия души древней демоницы, всё это сокрушит паладина перед Артиосом, поглотит его душу, а после придёт участь следующего. Каждый убитый даст силу для нового сражения, а в конце не останется даже надменно парящих ангелов.

Поток материальной тьмы устремился к Бертранду. Трупы, лежащие вокруг разлагались в мгновении ока от силы заклинания. Радиель даже рефлекторно дёрнулась к мечу, в то время как паладин даже не поднял своего щита для защиты.

Более того Бертранд отбросил свой щит, а после и меч. Паладин принял загадочную стойку, будто монах из горных храмов, ладони его были направлены вперёд, а тело расслаблено. В этот момент глаза Радиель округлились от удивления, а Кадмиель побелел от страха.

Тёмный поток разрушительной силы должен был расщепить и ментальное тело паладина, и физическое, но вместо этого тьма замедлила своё движение, останавливаясь в центре между двумя магами. После от Бертранда начал вытекать поток света, от которого среди крови и скверны начала пробиваться зелень.

Через несколько секунд два кружащих потока энергии начали сгущаться, превращаясь в шары. Свет и Тьма закружились в гармоничном танце. Доспехи Бертранда перестали светится, энергии в нём становилось всё меньше, а на лбу выступил пот. А враг напротив лишился пелены из тьмы, он тоже лишился всех энергии внутри.

Два шара противоположных стихий закружились ещё быстрее, а диаметр между ними уменьшался с каждой секундой.