В коридоре, при свете огонька — я только перебросил его с правой руки на левую — гостья выглядела… так же странно, как и вела себя. Вот кого вы представляете, при слове «оборотница»? Ага… угу… А если отбросить хентайные образы? И анимешные — тоже? И голливудские… короче, понятно. В двадцать первом веке женщина-оборотень — значит, эротика. Но здесь, в семнадцатом веке, это, обычно, такая крепкая тетка, с хмурым лицом, в которой эротичности не больше, чем в кухонной плите. Ключевые слова — «крепкая» и «тетка». А передо мной мялась откровенная девчонка, по виду — так и вовсе моя ровесница, худенькая, тоненькая, прям-таки — тот самый образ из аниме. Только глаза у нее узкие, и потому, что она — из местных, алтайских оборотней, то бишь, выглядит как телеутка, и потому, что она просто-напросто щурится.

— Ну что, Дормамму, о чем договариваться собиралась?

— Я не Дормаму. Я — Ока, — она с некоторым удивлением посмотрела на меня, — значит, правду говорят, что ты наш язык знаешь…

— Правду. Ближе к делу.

— Я пришла поговорить…

Пауза. Девчонка-Ока сбилась и, теребя кисточки на своем поясе, пыталась собраться с мыслями. Я молчал, не желая сбить ее с нити разговора. У нее и самой это прекрасно получалось. Ну, что я говорил? От моего молчания она засмущалась еще больше, покраснела и опустила взгляд.

— Ты точно оборотень? — хмыкнул я. Мой опыт общения с этими тварями говорил о том, что смущение и растерянность — это не про них. Даже если они женского пола.

— Да! — возмущенно шикнула она, и набрала воздуха в грудь, как делают девушки, перед тем, как произнести длинную возмущенную отповедь… Или оборотни, перед тем, как превратиться в волка…

Стоп. В волка?

— Стой! — поднял я палец.

Девчонка замерла. И, кажется, даже дышать перестала.

— Голос!

— Гав, — машинально тявкнула она, и возмущенно расширила глаза, — Я тебе что, собака⁈

— Да я не тебе. Голос!

— Ну чего? — лениво произнесла моя своенравная «охранная система». Девчонка этого, разумеется, не услышала.

— Приказ убивать всех волков в доме все еще действует?

— Конечно. Кстати, это перед тобой, не волк ли?

— В отношении этой девушки приказ не действует!

— Жаль… А в отношении остальных?

— А тут еще оборотни есть⁈ — чем вообще моя охрана занимается, в карты на щелбаны играет⁈

— Неа, нету. Но если появятся…

— Тогда ты знаешь, что делать. Но эту — не трогать.

«Эта» сделала несколько осторожных шагов от меня и прижалась спиной к стене.

— Князь, а ты с кем сейчас разговаривал?

А, ну да. С стороны это, наверное, стремно смотрелось…

— С заклинанием, — не стал выдавать я тайну Голос, — Особое такое охранное заклинание. Невидимое и неслышимое. Знаешь сказку про «пойди туда, не знаю куда»?