Я на секунду оторопел, тому, что меня обсуждают так, как будто меня здесь нет. А ну как я решу, что ночные купания — не мой конек, да начну пробиваться к выходу. Излишняя самоуверенность — это не то, чем славны русские тати. По крайней мере, те, что дожили до седин.
Ах вы ж…
Крот и Грач — живой уголок, блин — перебросились еще несколькими ленивыми фразами, типа, лучше меня утопить или закопать под баней, а Карачун, тем временем, зорко смотрел на меня, отслеживая реакцию. А дело было в том, что я и не должен был понять ни слова.
Разговор велся на офеньем, секретном языке, на котором общались офени, бродячие торговцы, скоморохи, да разбойники, сиречь люди, которые не хотят, чтобы их подслушали. Язык действительно секретный, что уж там, я, год отслужив в Разбойном приказе, даже не знал, что он вообще есть, а понять его — реально невозможно. Да вот только на Алтае пересекся я с одним пасечником… которого даже про себя не хотел называть его настоящим именем, очень уж неуютно от этого было… И так уж получилось, что в качестве одного из подарков я получил возможность понимать и говорить на любом языке, как на родном.
Как оказалось — и офений тоже.
— Братья, — заговорил я на нем же, — а я понимаю, что вы говорите. Так что острое железо в теле мне без надобности, да и плавать я не люблю. Может, уже перейдем к делу.
Троица татей переглянулась. Еще одна проверочка…
— Ну что ж, Князь, можем и поговорить. Так зачем ты меня искал? — сцепил пальцы на столе Крот.
Ответить я не успел.
Грач вдруг наклонился через стол, вглядываясь в мое лицо, потом схватил свечу и поднял ее чуть ближе ко мне.
— А я все думаю, на кого ж ты похож. Это ж приказный! В позатом году мне вместе с дьяком Ерофеичем руки крутил! Викешкой звали!
Глава 20
1
Да, это я тупанул, конечно. Подумал о том, что Прокопа-Крота я не встречал, а, значит, и он меня не видел, фотографии здесь не распространены, а вот о том, что у Прокопа могу встретить кого-то, кто видел меня в бытность приказным — не подумал. Интересно, то, что у меня сейчас нет бороды, сильно изменило внешность? Прокатит, если попытаться заявить о случайном сходстве?
Крот и Карачун отнеслись к заявлению Грача неожиданно спокойно. Я бы даже сказал — до обидного спокойно. Никаких выхваченных кинжалов, пены изо рта, криков «Но ножи легавого… в смысле — приказного». Оба старых татя разглядывали меня, как продавщица — подозрительную купюру, мол, фальшивка, или нет.
— Да нет, — наконец, произнес Прокоп, — Про Викешку того я слыхал. Тот пощуплее должен быть, и ростом поменьше. Да и не слышно про него вот уж год, наверное, пропал куда-то. Вроде, говорили, что с Морозовыми связался, вот и того.