Сундуки?
Мы были больше не в бане. Вокруг нас темнело гораздо более крупное помещение: низкие своды потолка, несколько столов с подсвечниками, стулья с высокими резными спинками… Вдоль стен стояли ряды сундуков, массивных, окованных железом, с навешанными замками немецкой работы.
— Где это мы?
— В царской библиотеке.
3
В общем, когда-то давным-давно кто-то из предков Ивана-царевича вышел замуж… женился, в смысле… на византийской царевне. Царевна была то ли не из самых любимых, то ли слишком умная, но в приданое к ней отдали вот эти самые сундуки с книгами. Что там за книги были, я сильно не спрашивал, но, со слов царевича, чуть ли не со времен Римской Империи собрание.
Тут я уже взглянул на сундуки с уважением. Римская империя закончилась лет так… давно, в общем. Тогда это уже не просто книги, а антиквариат.
Короче, отдали и отдали, книги сложили в подвале, где они и лежали практически без движения. Оно и понятно: любителей чтения среди русских князей и царей было небогато, в особенности чтения на латыни. Я вообще не помнил, чтоб кто-то до Петра Первого заводил себе библиотеки. Честно говоря, я и про Петра такого не помню…
Итак, книги благополучно хранились, изредка пополняясь, пока до них не добрался хозяйственный царь Василий. Каковой поручил своему сыну их пересчитать, переписать — в смысле, опись составить — и вообще пристроить их к делу. Царевич Иван, пусть и годков ему тогда было чуть больше десятка, взялся за дело со всей серьезностью, добавил в собрание несколько книг от себя — например, тот перевод неизвестного итальянца — взял некоторые почитать… После чего обнаружил, что на библиотеке лежит мощное неизвестное Слово. Если ты взял оттуда книгу — а книга начинала считаться принадлежащей библиотеке, пролежав в сундуках сутки — то после того, как начнешь ее читать, обязательно вслух… Переносишься в библиотеку. И неважно, где ты в этот момент находился. Заодно с тобой переносятся и все, кто был с тобой в одном помещении. То ли это такая фишка от воров, мол, украденное возвращается назад, вместе с вором и его сообщниками, то ли автор Слова изобрел первый в мире телепорт, пусть и криво работающий, не знаю. И царевич не знал. Но запомнил, как известный только ему способ попасть в Кремль. И никому не рассказал. Оно и верно: то, что знает один — знает один, а то, что знают двое — знает и кто угодно.
Вот так это знание ему и пригодилось.
4
— Здорово! Темно! — шепотом восторгалась царевна, шлепая босыми ногами по полу. Понятно, что темно — электричество в здешних коридорах еще не провели, а Кошачьего Слова, в отличие от нас с царевичем, у нее не было.