– Я? – я печально ухмыльнулся, вспоминая недавние встречи со Смоленко. – За других говорить не стану, но я точно не всегда побеждал. Более того, я проигрывал сотни или даже тысячи раз. Частенько падал. Но не сломался, да и, скромничать не буду, побед у меня несоизмеримо выше поражений. И всё же… думаю твоя сестра тоже проигрывала, но тоже не ломалась, а делала выводы. Поэтому она и лучшая.

– Да, звучит разумно. Я будто это и хотела сказать, но выбрала не ту формулировку. А ты с Кристиной давно знаком? Просто складывается впечатление, что вы очень давно друг друга знаете и очень близки.

– Я знаю её фактически всю жизнь. Семью я потерял в детстве, отец пытался нас защитить, но… он был сильным, очень, только… не хватило чего-то. И я остался один, окруженный врагами. Но рядом всегда была Кристина, она всегда помогала и поддерживала меня, учила и если нужно даже утешала. Она была для меня учителем раньше, потом стала другом. И даже сейчас она мне помогает, ну и я ей тоже, по мере возможностей. Мы хоть и не кровные родственники, но она мне как родная сестра.

– Как сестра? Мне казалось вы… более близки.

– Что? Нет, как сестра. Просто Кристина ещё очень любит шутить и издеваться надо мной. Её это очень веселит, а сама она та ещё бесстыдница.

– Ха-ха-ха, это точно. Комплексов у неё нет, ну либо она их очень прячет. Она даже ко мне приставала. Из-за амброзии, наверное.

– Нет, она сильная одарённая. Почти уверен, что дело не в амброзии.

– Так, калибровка закончена, но нужно латунные пластины сверху поставить, декоративные и регалии добавить. Ты же офицер… Сейчас, подвинься…

И Алёна приподнялась со стула и начала тянуться надо мной и через меня к барахлу по другую сторону кресла. Я же с удивлением заметил, что Алёна совсем уж плохо вытерлась и её белая рубашка стала влажной. Белая ткань прилипала в некоторых местах к телу, так ещё и пуговицы не все застёгнуты, что позволяло увидеть самое интересное.

К тому же и сама Алёна находилась прямо сейчас в очень интересной позе. Стоит мне чуть-чуть подняться и я уткнусь носом прямо в её грудь, хотя если она продолжит вытягиваться вперёд, то возможно и сама упадёт со стула на меня.

– Опа, схватила, – довольно произнесла Алёна, схватив полировочную машинку, после чего повернула голову ко мне. – М? Что такое?

Теперь всё моё внимание было переключено на её лицо. Тёплое дыхание, почему-то блестящие губы, лёгкий румянец на лице, яркие голубые глаза, в которых всё прекрасно читалось. И в этот момент ко мне пришло осознание: она явно не просто так мылась, и не случайно так откровенно оделась.