И в этот момент в небе засверкали молнии, грянул гром и катаклизм начал усиливаться.
– Ты знал, что меня учил сам Гинденбург? – продолжал говорить мой враг. – Он один из лучших дуэлистов всего мира, а Ренненкампф ещё и после стычки с нашим флотом вымотался. Сегодня в Российской Империи станет на одного Великого меньше.
И Изенбург вскинул пистолет, делая сразу три выстрела. Раскололся мой коготь на левой руке, после чего навстречу молниям вылетели кристальные шипы плюща. И вот уже мы одновременно сократили дистанцию, скрещивая клинки.
Сверкала моя шашка, сияла молниями сабля, но затем вокруг нас начали падать тела. Оболенский не сбежал, он вырезал солдат и приносил мне пищу. Кристина же сразу создавала плющ и высасывала врагов досуха. Полковник устраивал бойню, помогая мне по мере возможностей.
Тут же Изенбург попытался разорвать дистанцию, но у него сил лишь убывали. Он не мог быстро пополнить свои силы за чужой счёт, к тому же и экзоскелета у него более не было. Я же усиливал натиск, то и дело используя свой коготь, заменивший мне протез.
Сначала одна царапина появилась на теле Изенбурга, затем вторая, вот уже удалось оставить жуткую рану на плече. Кроме того, плющ продолжал плеваться шипами, которые вонзались в плоть и причиняли боль соизмеримую с раскалёнными иглами.
Позади же пылала крепость, в которой Смоленко устроил огненный ад. Пленных рота не брала, убивая всех на месте и мстя за павших товарищей. Только победа, никакой пощады врагу.
– Ты убил моих детей… – ослабевшим голосом произнёс Изенбург и упал на колено: лишь ненависть к врагу не давала ему сдаться.
– Не надо было отправлять их на войну, дурак, – без сожаления или сомнений ответил я.
И вонзил коготь прямо в пасть Изенбурга, после чего лезвие резко раскрылось внутри и взорвало черепушку.
– Как жаль, что его кровь отравлена… он был силён, – с сожалением произнесла Кристина, глядя за растекающейся лужей под поверженным врагом.
А затем снова грянул гром и прямо в центр Кёнигсберга ударила молния, после чего по всему поле боя прошло магическое эхо.
– Саша! – раздался голос Оболенского, который сбросил мне с крыши унтера: я лишь подставил коготь, на который тут же напоролось тело одарённого.
– Благодарю!
– Нам нужно в центр! Гинденбург начал сражаться с Ренненкампфу и наш главнокомандующий точно в одиночку не справится!
– А Самсонов где?!
– Да откуда мне знать?! Наша задача сделать всё зависящее от нас! Вперёд!
Глава 19
– Сдохни, сдохни, СДОХНИ!!! – во всю глотку орал Смоленко, ногой меся голову немецкого офицера.