Плющ же продолжал расти, он уже стал выше зданий. Поднимался всё выше багровый туман. Однако заклинание ещё не законченно. Более того, у Кристины появились свои планы, вполне мне понятные. Поэтому и спорить с ней я не стал.
– Александр, – рядом со мной оказалась неизвестная одарённая, о которой нельзя было сказать ничего конкретного, кроме наличия очень мощных маскировочных чар. – Вы собираетесь присоединиться к бою?
– Мне нужно оружие. А также кровь. Я уже…
– С кровью мы работаем. Что касается оружия… – одарённая послала едва заметный сигнал, после чего прямо в крышу рядом со мной, вонзился прилетевший невесть откуда обоюдоострый прямой меч. – Этот артефакт подойдёт? Вы пользуетесь в основном мечами.
– Да, подойдёт.
Я взял клинок, в котором ощутил огромную силу. Не такую большую как в Кристине, но шашка Оболенского на фоне этого артефакта выглядела игрушкой. Кроме того, у меча имелся свой личный магический контур, а значит мне не придётся подпитывать его личной энергией. Главное теперь, чтобы он не сломался после первого удара.
И не дожидаясь личного приглашения я тут же рванул к Гинденбургу. Вражеский главнокомандующий стоял ко мне спиной, отражал двумя саблями атаки сразу пятерых противников, попутно посылая в ещё троих молнии. Настоящий монстр в лучшем экзоскелете.
Моё же тело было покрыто маскирующими чарами, двигался я также стремительно, смотрел сквозь цель, но всё это оказалось бесполезно, ведь ещё за пятьдесят метров меня словно тараном снесла молния, превратив всю кожу в пепел.
– Повоевал, твою мать… – только и мелькнула в сознании мысль.
Глава 21
– Он вернулся в сознание, вводите двойную дозу катинона.
– Какого…
Я попытался встать, но не смог, потому что тело меня не особо слушалось. К тому же меня за плечи держала сестра милосердия в экзоскелете, пока другие целительницы доставили меня с того света. Это конечно метафора, ведь я бы всё равно не умер, но всё же раны оказались серьёзные. Но спасибо им, чтобы Кристине не пришлось вмешиваться.
– Адаптогены?
– Вводи прямо в сердце. Он выдержит.
И в следующее мгновение в меня со всей дури вонзили толстый шприц, который прошёл через грудную клетку и вонзился в сердце. Затем пару раз моё сердце пропустило удары, вроде даже ненадолго остановилось, но через паузу возобновило работу. Всё же я одарённый.
Меня напичкивали всеми возможными лекарствами.
– Почему не использовал барьер? – кто именно задал вопрос было непонятно.
– Я использовал, но что-то… не помогло.
– Его нулевым полем поразило, – пояснил один из инженеров, который уже начал присоединять ко мне протез.