– Ты что творишь?! – наружу выбежал и Смоленко, вместе с другими солдатами. – Про остальных пленных забыл?!
– Может мне показалось или я неправильно воспринял информацию? – спросил я сам себя, не видя ничего странного: немцы действительно бегут, наши захватывают всю косу, подвозят орудия.
– Спускайся! А то ещё из корабля прилетит!
Я слез с крыши, но дурное предчувствие всё ещё меня не покидало. В поглощённом сознании коменданта точно была отчаливая уверенность в нашей скорой кончине. Что-то должно произойти.
– Да что с тобой такое? – спросил Смоленко. – У тебя крыша поехала из-за магической отдачи?
– Немцы точно что-то подготовили для нас.
– Конкретика, Саш, нужна конкретика.
– Я не могу сформулировать, однако моё чутьё вопит об опасности.
– Может ему покурить дать? – усмехнулся один из солдат, но тут же заткнулся, когда на него зыркнул командир.
– Саш, – Смоленко оставался серьёзным и крайне настороженным. – Что не так?
– Угроза. Страх. Смерть. Ловушка. Бойня. Переломный момент. Кайзеровская ставка, – я вслух повторил основные тезисы, что были разорваны в поединке воли. – Полковник явно что-то знал, скорее всего немцы подготовили какой-то план. Он умирал с уверенностью в нашем скором крахе.
– Думай, Саш, думай.
Ответ будто вертелся у меня на языке, казалось, вот-вот паззл сложится. Раз за разом я прокручивал чужую память, анализировал, соединял, дополнял и строил наиболее вероятные цепочки. Но последняя деталь тут же ускользала, прямо как память о сне при пробуждении. Такое противное чувство.
– Это касается Кёнигсберга? Или они готовят контратаку на востоке? Может австрийцы что-то задумали? Готовят прорыв? – предполагал Смоленко, пытаясь мне помочь, но он больше отвлекал.
– Пиллау наш! Командир, мы победили! – в центр двора прибежал радостный Миша. – А ещё у Серёги дар пробудился! Ещё один талант в роте теперь! Правда ему сначала нужно пережить эту ночь, осколками его знатно потрепало, но с магическими лекарствами… А что вы такие серьёзные?
– Корабли… – внезапно на меня снизошло озарение. – Корабли не стреляют!
– Чёрт подери, – тут же опомнился Смоленко и вместе мы побежали на к бастиону.
Вся Данцигская бухта вдруг исчезла, буквально не было видно и метра воды, хотя расстояние небольшое. И всё из-за внезапно появившегося тумана, который становился всё плотнее и начинал поглощать Кёнигсберг, форт Пиллау и всю песчаную косу, продвигаясь даже к заливу.
– Это магия… – первым общую догадку озвучил Смоленко. – Кто-то явно наслал заклинание.
Глава 15
– Разведка не видит передвижения их морского флота, – недовольно произнёс Смоленко. – Чёртов туман ослепил нас!