– Полегче стало? – Я захлопнул крышу и спрятал бикс.

– Да, стало… – ответил Смоленко и его голова опустилась.

– Он потерял сознание, – подытожила Кристина. – Организм отправляет все ресурсы на борьбу со смертью.

– Да вижу я.

– Не злись. Просто уточнила.

И снова в дом полетели гранаты, одна за другой, солдаты во внутреннем дворе подобрались в упор и не собирались экономить взрывчатку. А мне ведь и спрятаться нельзя, иначе осколки порешат Смоленко, который ещё и отрубился в самый важный момент. Энергетический ранец начал нагреваться. Раздался щелчок и ещё один кристалл расщепился, после чего шестерёнки завертелись словно бешенные, разгоняя турбину и выдавая ещё больше раскалённого пара. Процесс поглощения энергии из мироздания и последующая транспортировка к телу носителя выделяли очень много тепла.

– Он сдох?! – раздавались голоса солдат снаружи.

– Откуда я знаю?!

– Вперёд, зачищайте здание! – отдал приказ командир.

И едва гости завалились на первый этаж, как я багровым вихрем атаковал врага. На дворе ночь, а в помещении ещё темнее, они даже не успели рассмотреть моих движений. Всё внимание врага теперь приковано ко мне, про раненого Смоленко они забыли, а значит пора переместить поле боя к другому зданию. А то ещё случайная граната прибьёт командира.

Резко выскочил наружу, изрубил противников, три секунды и отступление обратно, смена позиции через второй этаж, повторить. Повторил ещё раз, снова, опять. Грохочущие танки ехали по главной улице, слава Богу, им некогда было на меня отвлекаться.

В бой штурмовые отряды немцев вели младшие офицеры, но они уже не представляли для меня угрозы. Сильнее оберста я никого здесь не встречу, да и то скорее всего против меня брошена рота, которой командует капитан близкого к уровню Смоленко.

– Простая смертная кровь уже приелась… – с досадой произнесла Кристина, пока из четвертованных тел к клинку стекалась кровь. – Нужно переходить на одарённых.

– Ослабь свою ауру, копи силы, – я отдал новый приказ.

Острота моего духовного оружия выросла, однако в ней нет никакого смысла. Да, я могу разрубать врагов на половинки, но зачем? На это просто уйдёт больше энергии, чем при простом вспарывании глотки. К тому же у меня выработалась привычка бить в слабые места. Кристина же что-то разошлась, дай ей волю в тяжёлый двуручник превратится.

– Вон он! – раздался голос, и стрельба во внутреннем дворе возобновилась.

Только вот все пули дырявили оставленные мной тени, играющие с воображениями моих врагов в эту тёмную ночь. Экзоскелет стал мешать и стеснять движения, поэтому его я просто снял, всё равно заряда в нём почти не осталось.