— Какой панк? Чё ты несёшь? За что тебя сюда посадили? Тоже революционер?!

— Я Ольгу Николаевну того! — И из соседней камеры начали доноситься хлопки, а потом узник заржал в голос. — А потом нажрался и перепутал её… э-э-э… с другими женщинами…

— Женщинами?

— С пятью, в борделе. Я слегка подвыпившим был.

— Стоп, с той самой Ольгой Николаевной? — в разговор встрял революционер.

— Да я ебу?! — закричал панк, после чего снова блеванул. — Я ща сдохну… я, наверное, литра три водки за вечер выжрал в одно рыло… Господи помилуй…

— Ну ты вообще псих, а как ты вообще с ней познакомился? — революционеру действительно было интереснее узнать как кто-то уложил в постель некую Ольгу Николаевну, чем послушать мою историю про убийство аж Ренненкампфа, это было обидно.

— Ваня, я последнюю неделю вообще не помню!

— Меня Илья зовут.

— Заткнитесь все и дайте мне умереть, я всё… — после этих слов панк-узник свалился на кровать и захрапел, изредка раздавая бульканье: он блевал прямо в кровать.

— Слышь, Саш, а кто такие панки?

— Да опять столичные какие-то свои движения выдумали, — отмахнулся я.

А затем в казематы спустилась стража. Вооруженный отряд одарённых гвардейцев, которых бы на фронт отправить воевать, но кто тогда будет защищать престол Государя?

— Александр… так, это вы, — гвардеец остановился напротив меня, после чего достал рунический ключ, которым провёл вдоль прутьев клетки. — Выходите.

Через секунду прутья буквально ожили и начали раздвигаться, позволяя мне выйти. А через считанные секунды они вновь вернули свою форму. Никогда такой магии не видел, вроде сталь, ещё и зачарованная, рунами покрыта, но так легко свою форму меняла.

— Всё, друзья, прощайте, — уходя бросил я своим товарищам по несчастью. — Меня ведут на расстрел. Это конец. Последняя глава моей жизни.

— Заткнись! — тут же мне прилетело по затылку, довольно сильно, даже желание шутить отпало. — И так весь день орёте тут.

Дальше я уже в полном молчании отправился за своими палачами. Мы шли где-то минут пять, проходили подземные туннели, поднимались на механических лифтах на этаже повыше, снова двигались по чёрным коридорам.

Сбежать из императорских казематов было невозможно, подкоп не сделать, а стража следит за всем с помощью артефактов. Чуть что не так — сразу же взвод гвардейцев всех угомонит.

В какой-то момент мрачные и жуткие декорации сменились мраморным стенами и золотыми барельефами. А затем и вовсе меня вывели в довольно просторный зал, где находился весь цвет Российской Империи. Я стоял в самом центре, позади меня находился вход в зал, по бокам трибуны с дворянами, а передо мной на троне расположился сам Государь.