Даже настроение как-то лучше стало. Правду говорят, окружение очень сильно влияет на собственное мироощущение.

— В столовую идём, — тут же меня под руку взяла Кристина.

— Я не голоден.

— Познакомишься с ребятами. Там, кстати, наши тоже есть. За Алёну мастер её слово замолвил, рекомендацию дал, так она теперь учится тоже здесь. Только в другом… э-э-э… факультете? Потоке? Я признаться не запомнила как тут и что. За то в меню сегодня рыба.

— Ну да, меню ты наверняка наизусть выучила.

— А ещё на уже нашем факультете учится и та, поехавшая, как её там… О, Изабелла Баторе. Она тоже чем-то приглянулась Российской Империи. Хотя с её рвением вырезать немецкие сердца это неудивительно. Пожалуй, у неё одна из самых высоких мотиваций.

— Может ещё Миша тоже где-то здесь в офицерском корпусе?

— Неа, Миша у нас… — Кристина начала шариться за пазухой, после чего достала письмо и одной рукой его развернула. — Да, он уже офицер. Поручиком стал. А Ваня, ты не поверишь, ротным.

— Ваня? Живой значит.

— Ага, пишут что последние дни у них на удивление спокойные. В последнем бою мы многих потеряли, но и немцев подрали. И по всей видимости ни у них, ни у нас сейчас сил для массированного наступления нет. А ещё… — Мы с Кристиной уже стали в очередь, поэтому перешли на ментальное общение. — Помнишь же как тебя повязали? Это же за тобой сама Ольга Николаевна пришла, понимаешь?

— Ты на что-то намекаешь?

— Она из императорской семьи. Есть мнение, что сам Государь на фронт также ездил и поэтому Кайзер отступил. А вообще, мне кажется, они о чём-то там договорились.

— В плане?

— Ну сам подумай. Наступление у нас не задалось с самого начала. Немцы хотели свой блицкриг провести, но дважды обломали зубки. Теперь ещё военная диктатура введена и вся промышленность на фронт работает. Кроме того, мы танки захватили. Немец явно провёл переоценку своих возможностей, как, собственно, и Российская Империя.

— И? Давай реще, я не хочу в догадки играть.

— Думается мне, что взор Кайзера теперь переключён на запад, который уже, судя по слухам, дрогнул. Вердан горит, оборона дрожит, а солдаты… сдаются. К тому же, если верить Мише, то массированные наступления до нового года вообще не планируются. Командованию солдат жалко стало, особенно на фоне того, что запад не особо рьяно воюет.

— Хм, ну да, логично. Мы хоть и союзники, но зачем своими людьми ради других жертвовать? Пусть сами миллионы мобилизуют и в штыковую мясом бросают, стягивают на себя немцев, а там, может быть, и мы подсуетимся.

— Вот и я о том же. Мы пока в наступление шли, эти что делали? Сидели и смотрели, будто ожидая что мы немца вымотаем и, может быть, помрём. Да обламались. И Кайзер, наверное, тоже так посмотрел, подумал и решил сначала западный фронт закрыть, а потом уже за нас взяться. Всё же в Российской Империи сейчас тоже не спокойно. Турция блокаду ввела, связь с западом накрылась, а экономика трещит по швам. Ещё и революционеров необычайно много стало. Смутное время.