— Вот видишь. Думаю, если бы у кого-то были претензии именно к тебе, то на это бы намекнули, — продолжил Моро, — но пока ничего подобного нет. Экспертизы будут завтра, но, судя по всему, летучая смесь естественного происхождения, ну или делал ее кто, сумевший скрыть все следы плетений. К тому же она нелетального действия, но…

— Но обрекает на мучительную жизнь, — закончил Теор. — Да, я уже понял.

— Молодой алхимик просветил?

— Он практик с уклоном в алхимию, — поправил Теор, знавший, что Вагнер был хорош не только в своей специализации, — и — да, он.

— Умен. Ладно, я оформил все как положено, и его участие тоже. Цан будет работать, выяснять, что это за газ и кто его послал. Но, как ты понимаешь, все будет очень и очень неспешно. Потому пока у тебя спрошу — кто мог желать ей зла? Не торопись, подумай, и…

— Вильгельм, — сузил глаза менталист, — ты в курсе, что я прекрасно знаю, что значит этот тон⁈ Я тебе не свидетель, а…

— Родственник жертвы, да.

— Альба — не жертва!

Моро поднял бровь и взмахом руки указал на снедь и напитки.

— Ешь. Ты и без меня прекрасно знаешь, что сейчас просто не хочешь этого признавать, так что давай рассказывай все с самого начала. Я так понял, что эта девушка много кому наступила на хвост. Сыны — фанатики, но в их правилах убивать, а не калечить. Так что или их идеология изменилась, или кто-то хочет использовать их как прикрытие для сведения личных счетов.

— Или местная ячейка Сынов считает, что страдания «Ложных Вестников» лучше смерти, — мрачно отозвался менталист. — Вариантов много. И если это что-то личное — то связанное с ГАРХ. В ином случае действовать начали бы намного раньше.

— Или есть какое-то еще обоснование, почему письмо прислали именно сейчас, — с некоторым равнодушием откликнулся Моро, — и что-то из прошлого…

— Нет там ничего. За четыре года всплыло бы уже.

Вильгельм покачал головой.

— Теор, у нас пока из всего есть метод и жертва. По методу я без экспертиз сказать ничего не могу, по серийности или ее отсутствию — тоже. Так что работаю с чем есть.

— Ты работаешь? — прищурился Моро. — Говорил же что Цан.

— Официально — он, я-то нашего наследника охраняю. Но неофициально — мы оба, а опыта у меня все-таки побольше. И тебя я лучше знаю.

— При чем тут я?

— А кого мне еще опрашивать? Ее друзей? Они вообще в курсе о том, что случилось?

Теор покачал головой. Если он хоть немного знал Альбу, то она едва ли стала бы рассказывать кому-то о письме.

— Вот видишь. Завтра поговорю с Альбой, да и к нашей венценосной особе пара вопросов есть — он явно знает о «Детях» больше, чем мы с тобой.