Отлично! Теперь знаю, что я — замужем, мой муж — монстр, а служанка вроде ничего. Нужно поменьше открывать рот на эту тему, но тогда откуда я узнаю, как вернуться в свой мир?

Зато теперь выяснилось, что я никакая не королева, а императрица!

— Вы вновь побледнели, леди. Может, я все-таки позову эссу Урмари?

Позови сразу Императора, чего мелочиться! Вот только если он лично курирует какой-то отдел, занимающийся отловом иномирян, то лучше с ним вообще не встречаться и держаться от него подальше! А как можно держаться подальше от супруга? Пра-а-авильно, скандалами! Теперь я даже прониклась его идеей запереть меня в комнате и не выпускать. Так мы отделены друг от друга железобетонно! В прямом смысле, опять же. Или из чего тут сделан дворец?

— Нет-нет, Орма. Ты вот мне еще что скажи… что же там делают с иномирянами?

— Да кто ж их знает? Не выходят они оттуда. Если кто вошел в казематы тайной канцелярии, то живым уже не выйдет.

Точно держаться от мужа подальше! Сама запрусь в комнате!

— Та-а-ак, на вопросы по статье мы ответы получили, — продолжила я, отложив газету, но не слишком далеко — в ней я планировала почерпнуть еще информации, желательно об окружающем мире. — Спасибо, Орма.

Девушка вздрогнула. Я взглянула на неё вопросительно.

— Вы прежде никогда ни за что не благодарили.

Важная информация! Мне же теперь придется исполнять роль этой императрицы, с которой мы теперь делим тело, значит, придется как-то делить с ней привычки.

— Прежде я и память не теряла, — холодно отозвалась я, и девушка снова вздрогнула, только теперь от страха. Мысленно попросила у неё прощения, но внешне осталась беспристрастной. Будем играть роль, ибо в казематах тайной канцелярии ой как не хочется оказаться! — Но я согласна быть некоторое время покладистой, пока воспоминания окончательно не вернутся. Вот, кстати, вспомнила, как я вчера поговорила с… супругом, — я запнулась. Непривычно было кого-то так называть. Но мне нужно было убедить служанку, что имею кое-какие воспоминания, чтобы она чего не подумала. — Потом я… желала прогуляться в саду, но из-за несчастной случайности упала с лестницы. Пока это единственные воспоминания.

Орма молчала, опустив голову. Мне стало неловко. Я вспомнила о своем завтраке, о котором успела забыть из-за волнующей статьи, поэтому начала есть. Орма присела на стул в углу комнаты и делала вид, что её тут вовсе не существует. Поев, я отставила столик и попросила Орму его убрать. Девушка даже обрадовалась моему приказу, подскочила и начала быстро все собирать на тележку, а после поспешно покинула комнату, оставив меня наедине с газетой.