Мы продолжили прогулку. Я долго обдумывала слова фрейлины. Я другая. Правильно, что я не стала подражать Вирьяне, у меня бы все равно не получилось. И все же мне сложно понять поведение моей предшественницы: император может быть милым, когда он захочет. Как рассказала Данья, он не изменял в первые полгода их отношений, лишь после решился завести фаворитку. А что, если Вирьяна сразу разглядела бы в императоре привлекательного мужчину, наслаждалась ночами с ним и получала удовольствие? Вполне возможно, связь между ними закрепилась, раз именно на неё указали оракулы. Тогда я бы попала в тело любящего мужчины и разрушила чужую семью? Это ужасно! Думать о таком — ужасно!
Но что мне делать теперь? Как вести себя рядом с императором? Он мне начинает нравиться, совсем чуть-чуть, самую капельку. Но в то же время я чувствую себя предательницей по отношению к нему, ведь не я его суженая, а Вирьяна. Или же она также «в пролете»? А что насчет Асиры? Сердце кольнуло неприятное чувство.
— Давно император навещал Асиру? — спросила я, и Данья нахмурилась, вспоминая.
— Недели две назад, ваше величество. Он давно… не заходил к ней, — вовремя обличила в приемлемую форму слова Данья, и я удовлетворенно кивнула.
Чему я радуюсь? Какая разница, где проводит ночи император? Главное, что не в моей спальне. Ведь я должна вернуться домой, просто обязана! Мне становится все сложнее, я начинаю привыкать к этому миру, к своему окружению и статусу, даже к непонятному императору! Я начинаю ко всему этому привыкать, но где найти выход?..
Глава 10
После уроков танцев в комнате меня ждал сюрприз. Красавица-саламандра сидела на подоконнике и грелась в солнечных лучах.
— Привет, ящерка, — сказала я и подошла ближе. — Давно не виделись. На этот раз я не собираюсь за тобой бегать. Вижу, ты свободолюбива. Ты не голодна? Я читала, чем питаются саламандры, но ты же у нас необычная, я права?
Ящерка моргнула, если это можно так назвать, и склонила голову набок, точно как Ларко. Только моя ящерка была красивее: чего стоил шипастый хохолок и пятнистая раскраска.
— Саламандры разумные, — напомнила я самой себе. — Кивни, если голодна.
Она продолжила смотреть на меня, никак не реагируя. Что ж, этого следовало ожидать. Если она от меня убегает, значит, и общаться не хочет. А затем она спрыгнула с подоконника и прошла сквозь стену. Как приходит — так и уходит. Кто же она такая?
Решив узнать о ней хоть что-то, я вновь отправилась в библиотеку — к тому же фрейлины временно потеряли меня из виду, значит, не будут докучать. Библиотека скоро станет моим вторым домом, но иначе откуда мне черпать знания об окружающем мире?