— Рассчитаем траекторию в двух вариантах, товарищ Маршал, — откликнулся тот. — У нас две ракеты. Если получится, поразим обе ваших цели.

— Вот это будет подарок Седьмому ноябрю! — сказал я. — В какие сроки уложитесь, товарищ главный конструктор?

— Разумеется, нам требуется подготовка. Соберем пусковую, рассчитаем координаты, заправим и можно будет пускать.

— Сколько дней вам понадобиться? Двое? Трое?

— Трое, Георгий Константинович.

— Сутки, — отрезал я. — Немцы ждать не станут. Они уже подтягивают новые дивизии к Одеру. Если мы ударим сейчас — они не успеют переправиться.

— Хорошо, — согласился Королев. — Через сутки пусковая будет готова. Только нужно прикрытие с воздуха, наша площадка цель заметная.

— Будет, — пообещал я и повернулся к начальнику особого оперативного отдела. — Место запуска замаскировать. Восстановить пост на съезде с шоссе. И чтобы ни одного лишнего человека.

— Будет сделано, товарищ командующий, — откликнулся Грибник.

Ракету снова зачехлили. Солнце садилось за кромку леса. Где-то на западе, за Одером, немцы зализывали раны после разгрома 25-й дивизии. Скоро их ждет сюрприз, которого они еще не видывали.

— Сергей Павлович, — сказал я на прощание. — Если боевые испытания пройдут успешно, лично буду ходатайствовать о представлении вас к званию Героя Социалистического Труда.

— Спасибо, товарищ Маршал, — ответил главный конструктор. — Однако не ради наград стараюсь, а ради Победы.

— Ну а после Победы подумаем о Космосе, да?

Берлин, Принц-Альбрехт-штрассе, кабинет Гиммлера. 2 ноября 1941 года.

Настроение рейхсфюрера СС было хуже некуда. Несмотря на отчаянное сопротивление танковых войск СС, русские вышли к Одеру. А в Москве, в тюрьмах НКВД, сидели два предателя, знавшие слишком много.

— Войдите, — сказал он, услышав стук.

Вошел адъютант, доложил, что вызванный офицер прибыл и дожидается в приемной. Гиммлер только отмахнулся, дескать, пусть подождет. Обергруппенфюрер Вольф, щелкнув каблуками, ретировался.

Его босс открыл папку с личным делом человека, который дожидался приема. Листая документы, в ней содержащиеся, включая доносы, рейхсфюрер не переставал удивляться, каким образом вчерашний инженер сумел так влезть в доверие самому фюреру?

И ладно бы он это доверие с блеском оправдал, так нет. Провал за провалом. Сначала под руководством Йоста, потом — самого папаши Мюллера. Так может, в этом все и дело? Йост оказался просто бездарным, а что касается бывшего шефа Гестапо…

Ладно, нужно дать этому парню шанс. Не даром же сам Гитлер приказал выпустить его из застенков, восстановить в рядах СС и даже повысить в звании. Пусть теперь оправдает доверие вождя нации. По крайней мере, пока тот остается вождем…