— Никаких «но»! — отрезал мальчишка и посмотрел на меня большими карими глазами. — Простите, Аскольд.
— Ничего страшного, Никита. Ваши Слуги переживают за вас и желают вам всего самого лучшего. Я это понимаю. А ещё понимаю, что вам не стоит слишком часто думать о том, что если с вами что-то случиться, то пострадает ваш род. Не думайте о роде, как об организации. Вы и есть род. Берегите свою собственную жизнь, а не жизнь главы рода. Просто живите, радуйтесь жизни, поступайте по чести и про веления сердца не забывайте. Я уверен, тогда ваши действия приведут ваш род к процветанию, — улыбнулся я.
Парень слушал меня, открыв рот. Интересно, понял ли он то, что я пытался до него донести? В любом случае хорошо хоть немного отвлёкся от негативных мыслей.
А между тем, к нашей машине присоединились ещё две такие же — одна ехала впереди, другая сзади. Служба безопасности рода усилила охрану главы. Уверен, и на место побоища кого-нибудь отправили.
— Ой, я же с Мишей должен был встретиться, — неожиданно воскликнул юный глава и снова потянулся за телефоном. Он быстро нашёл нужный номер и нажал зелёную кнопку.
— Аппарат вызываемого абонента выключен, — пробормотал мальчик. — На него тоже напали? Эй, Глеб! — повысив голос, обратился он к водителю. — Там на месте Мишу не видели?
— Фёдорова? — уточнил мужик. Удивления в его голосе я не услышал.
— Да.
— Нет, с тех пор как вы попрощались с ним в кафе, мы его не видели. Рядом с местом происшествия его не было. Но не переживайте, Никита Всеволодович, мы найдём вашего друга и убедимся, что с ним всё в порядке. Можете дать его номер Галине?
— А? Да, — задумчиво кивнул мальчик, протянув свой смартфон блондинке.
Наш кортеж из трёх автомобилей въехал в один из закрытых кварталов с красивыми дорогими особняками. Спустя три минуты неспешной езды, машина проехала мимо распахнутых кованых ворот и остановились. Дверь нашей машины со стороны Никиты резко распахнулась, и я увидел молодую женщину в платье горчичного цвета.
— Сынок! — выпалила она, простёрла руки к мальчику и прижала его голову к пышной груди. — Хвала богам, с тобой всё хорошо! Я так волновалась…
По её щекам текли слёзы, пока она ласково гладила сына по голове.
— Мама, мама, — глава рода пытался высвободиться, — ну не на людях же. К тому же, у меня гость!
— Я, между прочим, вся переволновалась! — возмутилась женщина, но отпустила сына и отошла на шаг, подав ему руку, чтобы помочь выйти из машины. К этому времени я открыл свою дверь, вышел во двор и начал обходить машину сзади, поглядывая по сторонам.