Только сейчас женщина посмотрела через плечо на старшую дочь и тепло улыбнулась:

— Я всё понимаю, взрослые вы уже, а отец ваш, как всегда, занят важными делами. Спасибо, что решила навестить матушку, — великая княгиня Тверская положила уснувшего наследника на кровать, завязала халат и пересела на кресло напротив Алисы.

— Разве я могла поступить иначе, — неуверенно проговорила старшая дочь Оболенских и отвела глаза в сторону.

Алиса вспомнила прошлый разговор на волнующую её тему. Сколько же копий тогда было сломано, но благодаря отцу ей удалось добиться своего.

А теперь вот планы резко поменялись. А что если матушка заартачится? Ситуация в Африке ведь резко обострилась…

Великая княгиня вдруг снова поднялась с места и прижала голову дочери к своей мягкой груди.

— Не мучайся, я всё знаю. И пусть я против того, что ты отправляешься в эту проклятую Африку, я не стану тебя останавливать. И даже не потому, что твой отец на твоей стороне… — тепло проговорила великая княгиня.

— Ты изменилась, мама, — едва сдерживая слёзы, проговорила девушка.

— Разве? — Надежда Григорьевна отпустила дочь и заглянула ей в глаза. — Вот вернёшься из Африки, месяц тебе никаких Сибирей и прочих дыр. Только светские приёмы, процедуры красоты, дополнительные курсы этики и молодой невесты.

— Ой… — опешила Алиса. — Ты же сама сказала, что я уже взрослая…

— Пока замуж не вышла — недостаточно взрослая, — отрезала мать. Часто заморгала и отвернулась в сторону. Провела рукавом по глазам.

— Алиса, — тихо произнесла она в сторону, — пообещай мне, что в этой проклятой Африке ты останешься инженером. А не захочешь стать бойцом и не полезешь на поле боя.

Женщина обернулась и уставилась на дочь тяжёлым взглядом.

— Обещаю. Моя задача — отслеживать состояние доспехов и консультировать пилотов, а не биться с врагом своими руками, — твёрдо ответила Алиса.

* * *

После того как я вернулся в Тверь и убедился, что у нас достаточно времени до отбытия в Африку, отправился с частью своих бойцов на самолёте в Москву. С теми, кого в Москве ждали. Пусть хоть перед внезапной командировкой на Чёрный Континент родных проведают.

Потому дома — в моей московской усадьбе, подаренной Канцлером за победу в прошлом турнире, нас с Вадимом ждал пышный семейный ужин.

— Ну как вы тут, за домом присматриваете? — спросил я братьев, в моё отсутствие они были «главными» в усадьбе. Тётушка с малышом Владимиром Вадимовичем и двумя помощницами жила в их с Вадимом доме.

— А чего за ним присматривать? И без нас хватает, кому присматривать, — хмыкнул Боря, закинув в рот тефтельку.