— Небогатые кинжалы. Владельцы зякат не хотели платить.
—?
— Не знаешь? — удивился полковник. — Как в горах мюридизм утвердился, там принято вести себя скромно. И если кинжал носишь в серебряных ножнах, изволь заплатить налог в пользу бедных. Так что кинжалы твои недорогого стоят. Но все равно! Заслужил! Вот тебе серебряный рубль!
Вася изобразил крайнюю степень радости, про себя чертыхаясь. Он уже знал, что за скромный на вид кинжал могли отдать скакуна или десяток овец. Когда предложил Вахе отдариться за бурку и папаху, тот замахал руками: мол, сам тебе еще должен остался.
— Я тебе еще подарок обещал! Не бойся, не забыл. Прошка! — позвал полковник денщика. — Тащи штуцеры!
Прошка принес две необычные винтовки. Замки не кремневые, а капсюльные. Внутри ствола первой две прорези. Вторая и вовсе была необычной, двуствольной. Под стволом с нарезкой был еще один — гладкий. Справа на ложе крепился деревянный шомпол. Слева — штык кинжального типа, похожий на Васин горлорез. С небольшой гардой и круглой прямой рукоятью.
— Литтихский штуцер, — пояснил Пулло, показывая первую винтовку. — В полку таких всего несколько штук. В Петербурге все никак не решат, закупить для войск такую прелесть или нет. Дали нам на пробу несколько экземпляров, но мы их бережем. А ну как сломает дурачье деревенское! Так и лежат в цейхгаузе без толку. Думаю, охотникам они в самый раз!
— А второй? — возбужденно спросил Вася, не отрывая взгляда от двустволки.
— Это, унтер, доложу я тебе — уникум! Привезли мне из-за границы в подарок в начале года. Опытный образец. Верхний ствол, как у обычного штуцера, для пуль с ушками. А нижний жеребьем стреляет.
Милов понял, что речь шла про ружейную картечь. Вот же «вундерваффе»! В ближнем бою незаменимая вещь! Еще и штык в придачу! С таким оружием ни к чему пластуна из себя изображать. Бах-бах — и в дамки!
— Вижу, влюбился ты в двустволку с первого взгляда! Немудрено! Держи и пользуйся. Но!… Головой за штуцер отвечаешь! Посеешь — лучше в полк не возвращайся! Не посмотрю на твой крест. Шкуру спущу!
Вася аккуратно принял винтовку. Прижал к груди.
— Ваше высокоблагородие, господин полковник! — гаркнул во всю силу легких. — Не извольте беспокоиться! Не подведу!
— Молодец! Хвалю за усердие! И жду новой добычи! Понял⁈ — Пулло окинул довольным взглядом Васино подношение. Его взгляд зацепился за плетку с серебряной оправой. — Постой-ка! А кони? Кони где⁈
— Не могу знать, Ваше высокоблагородие, господин полковник! — снова проорал унтер и тише добавил. — Мы, как супостатов порешили и все с них сняли, сразу в крепость рванули от греха подальше.