— Кажется, это слова Гёте, — припомнил я.

— Наш гость знает толк не только в головных уборах! Он еще и не лишен интереса к поэзии. Что же он скажет по поводу такого…

Папа Допуло вдруг запел приятным баритоном какой-то отрывок из итальянской оперы. Его сподвижники одобрительно заворчали, кивая головой в такт выводимой мелодии.

— Увы, — признался я честно, — я не ценитель оперного искусства. Кстати, меня не представили. Коста Варвакис к вашим услугам.

— Варвакис? Владеющий силой? Звучит многозначительно! Но напрасно, напрасно вы упускаете из виду искусство пения… Ваш возраст Христа — я ведь не ошибся? — должен был привести вас к очевидному выводу: лишь музыка и мудрость поэтов ушедших эпох способны внести элемент прелести в монотонность нашего существования. И, безусловно, хорошая шутка — без нее жизнь была бы скучна и пресна. В чем ваша проблема, дорогие гости?

Мы коротко рассказали суть дела.

Папа Допуло, уже не балагуря, обдумывал услышанное. Ямочки на щеках замерли. Лоб прорезали складки. Он мгновенно превратился в босса, склонного не шутить, а стрелять или раздавать команды, отправляя на смерть своих бойцов.

— Я могу понять похищение. Ради мести. Или любви. Но похищение ради денег? Как Васька Чумак? Что может быть отвратительней? Разве что насилие над ребенком или кровавое издевательство над беззащитной женщиной.

— Или быть крысой! — неожиданно встрял в разговор один из сидящих за столом.

— Или стукачом! — зло сверкнул глазами на Проскурина другой.

— Довольно! — прервал внезапный поток реплик от подельников их босс.

Тут же установилась тишина.

Папа Допуло резко вернул на место маску весельчака. Морщины исчезли, ямочки заплясали.

— Забавный мне анекдотец рассказали намедни. Вам всем знаком наш обожаемый месье Леонард. Наш кудесник-куафюр, создатель одесского шика. Месяц назад некая госпожа N приглашает его, чтобы соорудить прическу, которая затмит соперниц на балу Воронцова. Месье в затруднении, он мечется по будуару не в силах найти решение. Вдруг его взгляд падает на красные бархатные штанишки. Он быстро их режет и пристраивает на голове мадам, перекручивая волосы в замысловатом узоре. На балу — полный триумф! Но вы только представьте, какими средствами! Обрывки штанишек — на голове! О, какой сюрприз!

Все захохотали. Не поддержать оратора не было ни малейшей возможности. В его исполнении самая банальная шутка казалась игрой острого ума.

— Но то — месье Леонард! Единственный в своем роде. Не все французы таковы. Отнюдь не все. И в подавляющем большинстве, скорее, — полная ему противоположность. Пираты и сутенёры съезжаются к нам, оставляя прекрасную Францию на волю скучных буржуа. И один из таких негодяев — хозяин нашего казино. Премерзкий человек! Дружок пропавшего Дяди!