— Хочешь такой же? — рассмеялся хрипло. — Двигай ногами и свечу захвати.

Я подхватил низкий канделябр с тремя свечами и пошел в подсобку. Неаполитанец последовал за мной. Марселец к нам присоединился, оставаясь за спиной своего подельника. Самый странный крестный ход на земле — я со свечами впереди, а за мной — уголовные рожи.

Вошел в подсобку. Криминальная парочка притормозила у входа.

Я посветил себе свечами, разгоняя полумрак. В подсобке было пусто. Лишь в углу стоял стол с наваленными на него кругами сыров и хлебом. Под столом в ряд стояло четыре бочонка с краниками почти у пола. Спенсера не было. Я вопросительно уставился на подельников у входа.

— Мозгов не хватает сообразить? — спросил марселец и что-то гаркнул на французском: наверное, ругательство.

— Люк в полу! — подсказал мне неаполитанец.

Я посмотрел. На плитах пола, плотно подогнанных друг к другу, выделялась одна, немного выступающая и с крюком посередине. Поднял камень — небольшой прямоугольник, скрывающий люк с размерами, достаточными, чтобы крепкий мужчина мог протиснуться на деревянную лестницу, ведущую вниз. Обычная лестница из двух скрепленных между собой круглыми палками жердей. И подвал. Внизу скрывалась еще одна мина!

Вытащил одну свечу из канделябра и довольно ловко спустился вниз.

Винный погреб! Подвал был плотно заставлен приличного размера бочками, неизвестно каким образом спущенными под землю.

Я накапал воска на одну из них, воткнул в него свечу, чтобы освободить руки. Отскочил в темный дальний от лестницы угол. Вытащил револьвер и взвел курок, молясь про себя, чтобы неопробованное мною оружие сработало штатно и что я ничего не напутал, когда его заряжал.

— Где англичанин? — спросил спустившегося за мной неаполитанца. Француз только начал устраивать ноги на ступеньках.

Итальянец, ни слова не говоря, ухватился за одну из бочек и спокойно откатил ее в сторону. Открылся темный проход, в который можно было попасть только согнувшись.

— Спенсер! Мистер Эдмонд! — закричал я громко.

— Коста! Это вы? — раздался тихий крик, которое подхватило эхо.

— А ну заткнись! — зарычал марселец, спрыгивая на утоптанный пол.

Я поднял руку с револьвером.

— Встаньте оба к бочкам! — приказал.

Неаполитанец выругался, но послушался. Француз шагнул в проем перед проходом на месте отодвинутой бочки.

— Предупреждаю! Без глупостей! У меня в руке многозарядный пистолет — на вас патронов хватит!

Нажал на курок, нацелив ствол на близстоящую бочку и выстрелил.

Ох, зря я это сделал!

Грохнуло так, что все оглохли. Подвал заволокло дымом. Его разгонял руками неаполитанец, смешно открываярот. Марселец исчез в проходе. Из бочки хлестала струя красного вина.