Лучше всех себя чувствовал Анри. Он успел прихватить одного из врагов за запястье, а затем дернуть его на себя. Тогда несчастный буквально налетел грудью на выставленную шпагу. Следующим же действием Анри отбросил тело в сторону. Нога несчастного застряла в стремени. Лошадь взбрыкнула.

Бедное животное побежало прочь, пугая своих подруг. Одна из лошадей встала на дыбы, и тогда Анри подловил момент. Он чуть объехал всадника, спешно пытавшегося успокоить своего скакуна. И воткнул шпагу ему точно в горло.

А вот у меня дела были куда хуже. Я старался сделать все, чтобы всадники не могли подобраться к Миледи и сражался сразу с двумя пуританами. В левой руке у меня был кинжал, в правой шпага.

Враги были осторожными. Они орудовали лишь шпагой, свободной рукой удерживая поводья. Лишь поэтому мне каким-то образом удавалось защищаться от их атак, однако фехтовальщиками они были весьма умелыми. Держались в седле и маневрировали они уж точно, куда лучше моего.

Я в основном защищался. В то мгновение, когда Анри убил первого из своих противников, мой пуританин на мгновение отвлекся. Тогда я смог уколоть его шпагой, надеясь на удачный момент. Увы, пуританин успел повернуться ко мне боком и шпага, вместо того чтобы пронзить ему плечо, проскрежетала по кирасе.

Я продолжал размахивать шпагой, отбивая очередную атаку, и принимать следующую уже на кинжал. Краем глаза я заметил какое-то движение у себя за спиной. Увы, обернуться не было времени. На меня напирали сразу с двух сторон. Я едва-едва успевал сдержать натиск протестантов.

Мне на помощь пришел д’Арамитц. Он, расправившись с моими противниками, поехал мимо яростно сражающегося с лидером пуритан д’Атосом. Так, словно схватка молодого мушкетёра вообще не была ему интересна.

— Ты всегда мог позвать на помощь, Шарль, — с усмешкой сказал гугенот.

— Хватит выпендриваться, — сквозь зубы процедил я.

Анри только рассмеялся, наша лошади поравнялись. После того, как мы разбились на пары, сражаться стало значительно легче. Уверен, стояли бы мы на земле, и я бы точно прикончил обоих пуритан. Но чёртова кляча подо мной, казалось, делала всё, чтобы подставить меня под удар. И всё же, помощь Анри дала мне лишнее мгновение, чтобы оглядеться по сторонам.

Де Порто дрался так же яростно, как обычно, хотя видно, что в седле он держался лишь немногим лучше моего. Понятия не имею, что не так было с телом д’Артаньяна. Скакал то я отлично. Но вот конный бой давался мне тяжело.

Исааку же банально мешали его вес и размер. Но, вот он изловчился, приняв удар вражеской шпаги на свою, а затем изловчился и отвесил противнику тяжёлую пощечину. Пуританин вывалился из седла и этим, судя по всему, спас себе жизнь.