Оставалось самое тяжелое — выбор между эффективностью и милосердием. Шпага в руках юнца дрожала, так что я обрушил на неё сразу оба своих оружия. Сталь зазвенела, а затем молодой парень отскочил в сторону. Его шпага осталась лежать на полу. Я отбросил её ногой в сторону. Старик и мужчина лет тридцати отступили на шаг.
— Мне всё ещё предстоит жениться на гугенотке, прошу вас, дайте мне пройти. Моя невеста не простит мне пролитой здесь крови, — сказал я.
Гугеноты медленно расступились. Я поклонился, и пошёл вперёд. Люди смотрели на меня спокойно, без страха, но и без враждебности. Не знаю, что на них подействовало сильнее всего. Мои слова о Боге, или моё собственное нежелание проливать кровь. Но я прошёл через весь зал и добрался до двери, в которой скрылся Безымянный Принц.
Толкнув её, я обнаружил, что дверь не заперта. В небольшой келье стоял мужчина в бархатной маске. Оружия при нём не было. Он сложил руки на груди и смотрел на меня спокойно и уверенно.
— Наконец-то мы встретились, — услышал я голос того, кто стоял за всеми беспорядками.
С шелестом слетела на пол бархатная маска. Передо мной стоял молодой Людовик. Разница в шесть лет стала особенно заметной сейчас, когда здоровье Короля подточила болезнь и дрянное лечение доктора Бувара. Но в остальном, младший брат был почти полной копией старшего.
Глава 20
Я сделал шаг к нему на встречу. Поскольку человек передо мной не был вооружен, я также убрал шпагу в ножны. Вторую осторожно приставил к стене. Младший брат Короля едва заметно улыбнулся. Его взгляд оставался совершенно пустым, словно Безымянный Принц находился в совершенно другом месте.
— Боюсь, шевалье, эту шпагу вы вскоре предложите мне, — с какой-то мрачной уверенностью сказал он.
— Не посмею драться с особой королевской крови, — солгал я. Стоящий передо мной человек сразу это понял.
— Вы пришли меня убить, шевалье, — сказал он. — Вас остановило лишь то, что я сам безоружен.
— Я пришёл вас пленить и отдать на милость вашего старшего брата, — ответил я, делая ещё один шаг по направлению к Генриху V. Тот улыбнулся. Я услышал, что кто-то вышагивает по каменному полу общего зала. Не толпящиеся там гугеноты, а кто-то новый пришел в церковь Сен-Жермен-л’Осеруа.
Я не хотел поворачиваться спиной к Принцу без имени, не хотел и подставлять спину неизвестным. Так что мне пришлось за собой дверь и на ощупь запереть её с помощью старой медной щеколды. Не Бог весть какая безопасность, но если неизвестный начнет ломиться, я буду в курсе.
— А если я не собираюсь сдаваться в плен мертвецу? — улыбнулся Генрих V.