Немного подумав, невольный скалолаз коснулся ИМИИ, постепенно добавляя проценты интенсивности света носом. Безжизненные пальцы не давали тепла. И датчик отказывался реагировать на их прикосновение.

Удобнее всего было подтверждать данные языком. Так хоть что-то было видно на дисплее. Только слепило. Но пока вся модернизация блока касалась лишь того, что чип-идентификатор, который раньше зашивали под запястье, теперь вынесли наружу и аппарат научился определять хозяина по сетчатке глаза, отпечаткам пальцев и голосу.

Только управление голосом, самое нужное в данный момент, в принципе не работало в шахте. Тимофей уверял, что здесь в шахте скрыты военные глушилки, которые нейтрализовывали большинство волн с поверхности. Как их отключить, да и где они находятся, хакер точно сказать не мог. Система работала автономно и данные о ней первый Поверенный Ярослав Яров, судя по всему, забрал с собой.

Волны для управления аватарами выносили за пределы подземного города. Через управление биороботов, возможно, Хозяйка и вышла на подземный город. Но сами волны ретранслировались через внешний усилитель, который подземники установили где-то у лифта, когда запустили программу «Аватар» и вытащили ребят на поверхность. Где конкретно, сказать никто не мог. Все, кто это делал, не выжили.

Чтобы развиваться дальше и поддерживать связь с анклавами, Москва-сити требовалось поставить ещё несколько ретрансляторов и внешние вышки, увеличивая дальность связи и активируя функцию модульной связи на костюмах через ИМИИ.

«А пока адмирал поработает языком», — подумал Зиновий и вздохнул, пытаясь не думать о том, сколько пыли и грязи уже съел и чем надышался в шахте.

Тьма благодаря подсветке отодвинулась. Лизнул пару раз дисплей. Свет усилился. Лучше сейчас привыкать. На поверхности глаза будут слезиться без солнцезащитных очков костюма Алой Саламандры. Можно ослепнуть с непривычки.

Вот оно наследие подземников за шестнадцать лет существования без солнца!

Сам же подземный купол, двадцать лет не знавший солнца, четыре года готовился к надземной катастрофе. И за это время ни один подземный учёный и строитель не озаботился подобной проблемой дальше, чем установкой соляриев. Подземники получали витамин D искусственно, но слепли от недостатка интенсивности света с годами. Под землей не было необходимости в поддержании полуденной яркости. Это экономило электричество, но развивало «кротовий синдром», который в особых случаях приходилось исправлять лазерной коррекцией и прочими воздействиями на глазное яблоко.

Зиновий, вздохнул. Почему он, хирург-окулист, представитель профессии, которая всегда держала бы его в подземном городе при деле, занимается не своими обязанностями?