«Вот чёрт!» — мелькнуло в голове.

Упал, неудачно приземлившись. Подвернул ногу. Чертыхаясь, скинул железки и не по свету, но скорее по запаху свежего воздуха определил, где дверь. Подполз к щели и приник носом, не в силах надышаться. После бани восхождения, разгоряченная кожа ощущала даже самый слабый ветерок.

Сквозь щель тянуло морозным ветром. Видно было край полумесяца, заплутавшего в облаках. Это всё, что удалось разглядеть. Судя по сереющему небу, до рассвета оставалось не так много.

Зиновий прислушался, стараясь расслышать хоть малейший шорох снаружи. Хоть что-то, что помогло бы оценить обстановку за дверьми. Но и тут подсказок не оказалось. Они обрывались как верёвки, которые привязали ко дну лифта за решетки под металлическим полом.

«Видимо, назад они уже не собирались».

Взявшись двумя руками за края дверного проёма, парень приподнялся и потянул в стороны. Будь лифт запитан, сработала бы система блокировки, и не помог бы и гидравлический домкрат, чтобы их открыть. Но без напряжения в лифтовой кабине дверки покорно, только с протяжным скрипом, разъехались в стороны.

Адмирал приготовился ощутить удар в челюсть, выстрел в грудь или даже летящий кирпич на голову, но вместо этого сделал свободно пару шагов на грязный талый снег. За ночь он покрылся ледяной коркой, а к полудню снова растает кашей. Дневные температуры уже стабильно выше нуля, но ночь ещё берет своё. Самая длительная, искусственная зима человечества никак не хотела отступать окончательно.

Парень, хромая, вышел из лифта, оглядываясь. В сумерках застыла пара планеров. Провода, что тянулись от них к внешней панели на шахте лифта, валялись под ногами. Один был подключен, второй нет. Приглядевшись, Зиновий понял, что провод пожёван. Следы острых зубов остались на резине. Это было хорошо видно даже в слабой подсветке ИМИИ. А пока рассматривал провода на земле, заметил рядом следы крови. Один след тянулся к планеру, второй уходил в лес.

Приблизившись к транспортнику, Зёма обнаружил откушенный палец. Фаланга была обглодана не менее острыми зубами, чем достались проводу.

«Псы погрызли?» — мелькнуло в голове: «Искателю делать такое ни к чему. Роботам чувство плоти и крови так же чуждо, как пчеле нюхать сапоги… похоже, страхующим досталось».

Зиновий распрямился во весь рост, вздохнул. Серая тень мелькнула где-то на периферии зрения. И тут в бок ударило. Молодой адмирал покатился по земле. Рычание заставило затрепетать сердце даже быстрее, чем, когда лез на поверхность последние метры.

«Волк!»

Клубок из сцепившихся человека и волка остановился на земле, когда Зёма оказался внизу. Клацанье зубов хищника раздалось у самого горла. Смрадное дыхание ударило в нос. Руки рефлекторно подняли зверя за морду, не давая перегрызть важные органы или впиться в лицо.