— Давай, выздоравливай, дружище. А мне пора, — прошептал я. — Не могу я тебя сейчас с собой взять. Придется нам разными дорогами… но я вернусь. А ты давай уже скорее на лапы вставай.
* * *
Я вынырнул из этих мыслей, когда Звездочка сама сбавила ход и тревожно фыркнула. Впереди, поперек дороги, подозрительно темнел крытый возок.
Рядом — три или четыре фигуры. Один высоко поднял тусклый фонарь, пытаясь осветить меня.
— Вечер добрый! — крикнули мне. — Куда путь держишь?
Голос был удивительно спокойным. Я натянул поводья, останавливая Звездочку, и рассмотрел лицо стоящего слева от поднятого фонаря человека. Шапка надвинута на глаза, шрам от правого уха до рта и клювообразный нос.
Сизарь…
Глава 2 Катафалк на полозьях
— Юноша, помоги, возок из снега высвободить! — позвал меня человек с фонарем.
— Так как же вы в него угодили-то? — спросил я, уже понимая, что просто так пропускать меня никто не собирается, как и отпускать в принципе.
Фонарь держал мужик лет сорока, в полушубке. Голос ровный, даже вежливый. Рядом боком стоял возок, полоз уперся в наледь у обочины. Запряженные в него лошадки не дергались, стояли спокойно — словно их просто поставили отдыхать на привале.
И главное — людей много, выдернуть возок могли легко. Да он и не застрял толком, просто чуть съехал. В общем, постановкой этой они особо не заморачивались.
Один у передка, второй где-то за возком, третий держится в тени по левому борту. Еще человек с фонарем и субъект со шрамом, очень похожий по описанию на Сизаря.
Я погладил Звездочку по шее.
— Дык, мил человек, — сказал я вслух, нарочно простовато, — ночь темная, колея коварная. Коли в беду попали — выручить надобно. Глядишь, и мне, когда Господь кого пошлет на помощь. Вы куда путь держите, любезные?
Фонарь чуть дрогнул в руке.
— В Ставрополь, — спокойно ответил он. — Дела у нас там торговые.
— Добре, — кивнул я. — Показывайте, где тянуть, — спрыгнул из седла.
— Да вот, у полоза приподымешь, а мы тянуть станем… — начал он, делая шаг ближе.
Я уже стоял на земле, повод Звездочки намотан на запястье. Она у меня спокойная, но я чувствовал, как кобыла подрагивает, чуя неладное.
— Погоди, — сказал я. — Лошадей сперва отцепите. А то дернут — полозья к чертям собачьим поломаете.
— Да не дернут, — усмехнулся тот, что со шрамом. — Кроткие у нас кони.
Я будто невзначай сделал шаг не к полозу, а чуть вбок, так, чтобы увидеть всех сразу. Фонарь держали высоко, стараясь осветить меня, а не возок.
— Веревка где? — спросил я.
— Вот, — протянул один из них.
Он подошел ближе, чем нужно. Второй за возком начал обходить, будто бы проверяет сбрую. Третий из тени чуть сместился к Звездочке.