Другой конвертик кремового цвета. Открытка внутри, оформленная «под пергамент», гласит:

Liebe Freunde,

kein Aprilscherz: am 1.4. wollen wir uns das Jawort geben und laden euch herzlich zu diesem besonderen Ereignis ein...Дорогие друзья, это – не первоапрельская шутка. 1-го 4-го мы скажем друг другу «да» и приглашаем вас разделить с нами это особенное событие... и т. д. и т. п.

Да ну, думаю, кого это так угораздило?

SteffenundAnastasia, читаю,Штеффен и Анастазия .

Все ясно. Настюха замуж выходит, а я даже удостоился приглашения. Блин, сеструха в своем амплуа – выходить замуж первого апреля. Так, как бы сделать так, чтобы у меня на этот день была какая-нибудь командировка или какое-нибудь неотложное дело. Еще есть время придумать отмаз и откупиться максимально королевским подарком. Бабла побольше подарить.

Я забрасываю открытку как можно дальше и вскоре забываю о ней, полагая, что занятость какого-нибудь иного плана мне на тот день все равно гарантирована. Однако мне звонят один за другим то мать, то Тоха, после Рождества ни единым звуком не дававший о себе знать. А я и не ждал. Короче, мне начинают полоскать мозги, что я же, мол, приеду же к сестре на свадьбу, и я же, мол, не забыл. Почуяли они, что ли, что я откосить собираюсь? Настюха бы не заметила даже, если б не приехал.

Ненавижу, когда на меня начинают наседать. Сразу хочется послать всех и сделать все наоборот. Так я делаю и теперь, отправив Настюхе торжественные письменные извинения, кои должен будет скрасить подарок на нехилую сумму. И больше эта предстоящая свадьба ничем не напоминает о себе.

«На недельке», то есть, на субботу со мной назначают встречу по поводу квартиры. Когда я открываю, то чувак-маклер заводит потенциального покупателя и моего будущего хозяина со словами: «Знакомьтесь, фрау Беттина Штайнке», а я - «Привет» - жму ей руку, ощущая в рту привкус чего-то очень кислого. Но она мило улыбается, и не подает вида, что при ее виде мне есть за что совать голову в песок.

Спасибо, Беттина. Тина. Напротив, она дарит мне одну милую улыбку за другой, а я сквозь землю провалиться готов. Когда маклер, показав ей квартиру, ретируется, мы еще некоторое время болтаем. Меня явно спасают и моя приобретенная профессиональная наглость, и ее непринужденная деликатность. И как фрау Штайнке квартира? Хорошая, конечно. В таком месте, плюс модернизованная. Золото. Дороговато правда. Да, подтверждаю я, услышав цену. Мне, как жильцу, подешевле предлагали. С ее слов понимаю, что она из местных местных и бабло насобирали ей родители. Мой прямо-таки грызущий неудобняк – стоит ли вообще упоминать про него? Короче, когда она наконец уходит, я вздыхаю спокойно. Определенно, март-месяц преподносит сюрпризы. Интересно, что будет, если она купит мою хату.