- А вообще чем занят?

- Так, - пожимает он плечами. - Утром встаю, прусь к фрау доктор Кевес…

- Врач твоя? По субституции?

- Ага. Неподалеку тут. Хоп - выпиваю стаканчик на глазах у ассистенточки - ихоп . Это у нас в Узбекистане так говорили, - поясняет. - ХОП – «хорошо», «о‘кей», в смысле. Ну или «х…й от меня получишь» - хохочет коротко, сухонько.

- Ясно. А потом?

- Потом? Вот он - новый день. Посмотрим, что принесет.

Философ, блин.

- Надолго хватает?

- На сутки. Доза стабильная. Вначале пристраиваешься, врач с тобой вместе смотрит. Сколько тебе надо, столько и получаешь. Бесплатно.

- Ну так и что тебе потом обычно день приносит?

- Да по-разному. Времени теперь до хера. В плане, раньше режим был: достать бабки, достать эйч, завись, ломоть, бабки, эйч… Больше времени ни на что и не было. А теперь – ну, одной проблемой меньше, типа… Но другие остались…

- Бен, а вот ты сейчас… ну… у тебя сейчас ломка, типа? – тут же соображаю, что дебил. На фиг ковырять еще, вопросы задавать, если человеку плохо?

- Типа. Это тоже зависимость. Очень жесткая, просто видуха у нее другая. Но ее в рамках держать же можно. Нет, пока фрау доктор Кевес лицензии не лишат, у меня все будет клево. Если можно сказать, что это клево.

- Так на метадоне не клево?

- Не-а. Мутно. Туманно. Все пох…й. Заторможенно как-то. Не хочется ниче. Не знаю, если б дозу снизить, то, может, получше было б. На гере совсем не так было. То вверх, то вниз, даже торчалось всегда по-разному.

- Так это разве не опасно сейчас? В смысле, ты разве не можешь? Ну… – по ходу, ему положить, мои вопросы его не долбят. Ломка у него чисто физическая.

- Опять сесть на геру? Я не знаю, как у других, но на герыч меня больше не тянет. Организм на метадоне его не принимает жестко уже. Метадон действует совсем по-другому, в башке - тоже.

- Значит, совсем не тянет?

- Ну как сказать…Чего-то не хватает .

Что там Оксанка говорила про беседы на отвлеченные, отвлекающие темы? Не совсем его исповедь тянет на это. Но если ему охота об этом своем поговорить – в конце концов, за этим же мы сюда сегодня приперлись. Но теперь он смолкает.

- Слушай, а что за имя у тебя такое? Погоняло?

- Бенба? Уменьшительно-ласкательное, - усмехается он. - Меня вообще-то Вениамином зовут. Вениамин Бахтыяров.

- Так ты реально узбек?

- По отцу.

Ну да, теперь, понятно вообще-то. Смуглокожий, с длинноватым носом, глаза явно восточные – среднеазиатские, значит? Да, наверное. Не знаю. Узбекистан – Средняя Азия же? Одет в серо-черное, шапку свою по ходу не снимает ни при каких обстоятельствах.