- Да блин, она тоже стопудово свалила сегодня куда-нибудь, вот и не отвечает. – По раздолбайству и пи...доболству Фло может сравниться разве что только с Эльти, которому теперь по чину не положено. - Что там у вас? Тайфун? Живой еще? Лучший клубешник страны по опросам среди читателей Грувера или Рэйвера или как их всех там. А че, там вон даже Пэрис Хилтон иногда светится, сам недавно в Лихьте читал, - читать Лихьт, самую желтую из желтых газет, чье название в переводе означаетСвет , в наших кругах отнюдь не считается зазорным – прикольным, скорее. - И твоя по ходу тоже там сегодня.

Вряд ли. Не ее формат, порываюсь возразить ему. А и да ну ее, поросенок же, решаю и иду с ними. Хоть стресс немного снять.

Вопреки моим ожиданиям – или отвечая им? - они прут не в близлежащую стильную энотеку – да и кто сейчас вино будет пить? - и не в Киппес – что значит «опрокинь, опустоши его» (с юмором они тут все, особенно в плане гулянок). Вместо этого нас несет в старый город, типа, там колорит и всякая байда. Мне-то вообще пофигу, где их этот альт пить. В старом городе мы ломимся сначала в одно место, потом в другое. Но этих, блин, разборчивых алконавтов еще и не все устраивает, и больше одного мы нигде не пьем.

Так что окончательно оседаем только в Пинте, утверждающей про самих себя, что, дескать, они – самый старинный бар Дюсселя. Короче, как выражаются на форуме, если хотят похвалить бар, пиво там холодное и не очень дорогое, а обслуживают быстро. Так что накидываемся мы тоже быстро, и я вскоре чувствую, что теперь могу терпеть. Что-либо. Все.

Пиво действительно холодненькое, разливают его здесь в такой прямой стакан. Каждый сорт пива предполагает свою форму – бутылок, стакана. За несоблюдение – расстрел. Горьковатый, пряный привкус, столь характерный для темного альта, кажется мне все приятнее. Нейтрализует даже жесткость дубовых «пивных скамеек» цвета этого самого альта, на которых мы тут сидим, и от сидения на которых впору онеметь даже более мягкой заднице, чем моя. И заставляет забыть вреднючесть одной маленькой заразы.

- Так чего, твой Канненбеккер подстрял, я слышал? – спрашивает Фло. Он обо всем в курсе.

Отмахиваясь, в общих чертах рассказываю о косяках шефа. Минимизирую их значительность, но другие слушают и красноречиво молчат, затем Фло вновь встревает:

- Да-а-а... Сделка крупная была?

- Почему – была? Она и теперь есть. Ничего, справимся как-нибудь.

- Как бы его не поперли...

Об этом я как-то не задумывался. Да им тут, из их Дюсселя все по-другому видится. Впрочем, я знаю, на что он намекает и заминаю только: