Так, что там у нас... Листаю ее папку с фотками. Что там у наскволифайнет , как сказал бы этот урод, в качестве актуального фото... Чтоб идеально достоверно отражало статус и самочувствие, как в соцсети... ща найдем... Только подрочить под это тебе уже не удастся, это с моей-то мордой рядом. Извини, мужик. Вот никакого тебе от меня, бл...ть, дизреспекта, но... Так, неужели ни одной фотки нет, чтоб с моей лапой у нее на жопе? Мало фоткаемся вместе, черт.
Сам того не ожидая, остываю, пока пересматриваю ее фотографии. Да и что это я так вздыбился, в самом деле. Несолидно. Ну есть там один тормоз на том берегу Атлантика. Ну сохнет по ней до сих пор. Но она его отшила – и точка. Пусть хоть слюной подавится – она моя. А что было – то прошло. Понимаю, что отправлять ему ничего не буду. Она не отправила, и это уже о многом говорит.
Вот какие-то новенькие себяшки из офиса. Таких не знаю. Сегодняшние, то есть, блин, вчерашние? Красивенькая. Намазюканная, что ли? Внезапно до меня доходит, что она постриглась. Слегка так освежила прическу, но - вкусненькая все равно. За плечами у нее окно, в окне – Европа, а на заднем плане – Старый театр и даже видно башенку Гринхиллз. Взгляд задумчивый.
Нет, не знаю таких фото. Не присылала. А ведь когда-то получал и кое-что погорячее. Забрасывала меня фотками и сообщениями, а я ловил, захлебываясь слюной. Неужели давно так все было? Нет, недавно. Что переменилось? Почему на первых строчках у нее теперь чаты с какими-то левыми людьми, а не со мной? Почему я вдруг незаметно для себя превратился в постороннего наблюдателя ее жизни? Да и какой, на хрен,ее жизни? Она же у нас вообще-то была наша, общая. Совместная.
Еще листаю, еще себяшки. О, это еще откуда. Она в джинсах, кедах и футболке, стоит в обнимочку с какой-то толпой. Наверно, с работы все. Афтер ворк. Они в баре каком-то. Или клубешнике даже, ркешниковом, судя по их прикидам. Кажется, это –Stange , палка, штырь, типа того. Давно меня в эту Палку затащить пыталась, но мы все так и не сходили как-то.
Что это еще за хрен с ней рядом, не в камеру смотрит, а на нее? За талию обнимает, сука? Нет, не пойдет, решительно даже как-то машу головой. Не пойдет. Оксанка, ты как хочешь, но эти твои афтер ворки мне не нравятся. И никогда не нравились, если честно. И нечего становиться в позу, что, мол, раз это я такой нехороший и забил на тебя, то и тебе все дозволено. Все, запрещаю, если хочешь знать. Так и скажу ей. Проснется – скажу.
Так, а эт-то что такое, а... Ох...еть... Да, так они сегодня и сказали... Вот они, передо мной. Их же сегодня видел на сотке у Фло в Вабене? Только не посмотрел внимательно.